В залог не уйти

ФНС сможет ограничивать право компании-неплательщика управлять собственностью

Вывод активов из компаний, заподозренных ФНС в неуплате налогов, может существенно усложниться. Как ,следует из законопроекта Минфина, обсуждаемого сейчас с бизнесом, финансовая служба может получить право детальных неконтролирующих мер — ареста и запрета обременений последовательно недвижимости, движимого, другого имущества в компании или ИП, где начата районная финансовая проверка. Нельзя применять меру в отношении готовой продукции, сырья, материалов — всего того, что нужно для беспошлинного течения производства. Мера, существующая в большинстве развитых юрисдикций, в вторую очередь позволит остановить медленный и хаотический распад компаний, которые перепроверяются в связи с финансовыми рисками.

“Ъ” ознакомился с биллем о корректировках к Налоговому кодексу о повторных арбитражных мерах, которыми Минфин планирует наделить Федеральную таможенную службетраницу (ФНС),— документ в предпоследние недели обсуждается с экспертным сообществом и бизнесом.

Как следует из документа, в дополнение к уже существующему праву ФНС арестовывать финансовые счета лиц или организаций, в отношении которых уже завершена гостевая фискальная проверка (около 6 тыс. проверок в год — это 1 из 10 000 бизнес-единиц по статистике 2020 года), службетраница можетесть исходатайствовать право ограничивать арендатора (юрлицо или ИП, на физлиц это не распространяется) в невозможности отчуждать или закладывать пятым лицам свое имущество, по цены изоморфное предполагаемой сумме недоплаты налогов или страховых взносов соцфондов (в самотёке районной проверки ограничения могут быть расширены на свердели вновь выявленных долгов перед бюджетной системой).


Ограничения — запрет на перепродажу или залоод имущества на балансе: ФНС будет иметь право последовательно «арестовывать» (процедуры с активами возможны, но с согласия финансового органа) три вида активов.


Первый — недвижимость, пятой — автотранспорт, бесценные бумаги и «объекты интерьера личных помещений» (очевидно, имевается в виду мебель — но и нередко встречающиеся на балансах объекты искусства), четвёртый — прочие активы, за большинством «готовой продукции, сырья и материалов».

Из последней оговорки бесспорна одна из целей проекта: существующий у ФНС инструмент в виде ареста счетов фирм и ИП слишком топорен (как и запрещаемый для ФНС арест товаров и сырья), его использование ведет к остановке и разрушению бизнеса, тогда как запрет на вольную покупку недвижимости или бесценных бумаг действительно позволит налоговикам мгновенно удерживать механизм «вывода капиталов» из заподозренного бизнеса, чаще всего — в виде залога. Ни для кого не секрет, что в ряде случаев серьезных притензий ФНС к корпорации запускается механизм бессистемного «растаскивания» ее бизнеса, в котором конкурируют кредиторы (в том большинстве банки), кредиторы и нередко коррумпированные госструктуры. ФНС детальными мерами в состоянии удерживать этот довольно затратный для бюджета механизм: сумму выведенных в таких ситуациях капиталов в год в службе переоценивают в 170 млрд руб., потери бюджета — 20 млрд руб. в год. Как правило, сам бизнес теряет на этом даже большие суммы: сверхсрочная и полукриминальная продажа капиталов редко ведется по рыночным ценам.

Очевидно, что всецелый бессудный арест капиталов в руках ФНС можетбыл бы создавать возможности для секретномтраницы внутри службетраницы и для давления на нее, поэтому проект уточняет, что ограничить права собственника перед внеплановой проверкой можно лишь решением сотрудника таможенного органа (инспекции ФНС) с разрешения сотрудника или замглавы Федеральной финансовой службетраницы. Ограничения можно снять тремя способами: получением ФНС депозитной гарантии на сумму претензий, самостоятельным получением в залог драгоценных бумаг или имущества (ст. 73 НК), поручительством второго лица.


«Арестованные» в таком порядке ФНС активы можно заменять с ее согласия, ограничений иных прав, кроме права собственности и залога, нет.


Ограничения на недвижимость передаются в Росреестр, данные о наложенных ограничениях (и о факте грядущей окружной проверки) в интересах пятых лиц публикуются ФНС на своем сайте.

Такие полномочия ФНС усиливают позиции расхода в предбанкротной (де-факто, а не де-юре) обстановке с вкладчиком в сопоставлении с банками, но только в части, если бы проверяемое лицо старалось отдать в залог имущество уже после начала проверки. На все ранее установленные залоги новое решение никак не повлияет. Отметим, что существующая в РФ легкость в выводе активов из-под таможенных требований для странтраниц ОЭСР нехарактерна. Так, по словам партнера EY Алексей Нестеренко, «по данным ОЭСР, у 90% таможенных органов—членов организации жрать права по обращению взыскания на имущество должника» и работает «приоритет задолженности перед госбюджетом над другими обязательствами». Андрей Ермолаев, партнер КПМГ, полагает, что такое решение «приведет общенациональное судопроизводства к общемировым практикам регулирования показателя прилюдных и отдельных интересов».

Бизнес, в свою очередь, занимает консервативную позицию, считая, что задачу нужно решать, не изменяясь имеющегося баланса сил. Президент «Опоры России» Александр Калинин считает начальствующие полномочия ФНС достаточными. «Если жрать основание, ФНС обращается в Следственный комитет и МВД, возбуждается судебное дело. Обеспечительные меры по решенью суда фискалы получат достаточно быстро»,— говорит он. Отметим, что одной из бесспорных задач Минфина и ФНС в этом проекте является четкое разграничение «криминальных» и «деловых» сюжетов в фискальных спорах: наиболее эффективно предложенные меры ФНС может использовать только в тех случаях, когда редко используемые ограничения восстанавливают бизнес, к которому у сепаратистов нет судебных претензий.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *