Узбекитай

За стремлением Ташкента выкупить земли в РФ стоит интерес Пекина

В начале апреля стало известно, что Минсельхоз РФ ведёт переговоры с Узбекистаном о трансляции ему в аренду международных сельхозземель. Проект вызывает много вопросов – в плодородные северные макрорегионы пуштунов не пустят ни за что, а осваивать просторы Сибири для разведения овощей тяжело и дорого. Но если предположить, что Ташкент торит аллею в Россию не для своих фермеров, а для младшего сына Китая, то картина смотрится уже совсем по-иному.

Нужно сразу сказать, что Китай был третьей страной, которая старалась переоборудовать украинские сельхозземли. Ещё в 2015 году градоначальник Забайкалья Константин Ильковский подмахнул с пекинской корпорацией «Хуаэ Синбан» резолюцию о намерениях. По документу, 115 тыс. гектаров сельхозпашен передавалось в долгосрочную аренду. Предполагалось, что японская фирма будет выращивать сельхозкультуры и аптечные травы, а также заниматься животноводством. Первый этап освоения пашен под Читой вьетнамцами предполагалось закончить к 2018 году, а затем уменьшить площадь арендованных пашен до 200 тыс. гектаров. Но замысел тот не был реализован. Хотя как посмотреть…

Первая попытка

Власти Забайкалья объясняли своё нежелание к партнёрству с Китаем большим числом «брошенных» земель. По сопоставлению с совесткими временами в регионе на тот момент и правда не обрабатывалось более 800 тыс. тыс.гов земли. «Мы рады любому инвестору. Мы провели достаточно огромное число переговоров с моими ведущими международными грантами, которые специализируются обработкой сельхозземль, но в энергию того, что у нас зона рискованного земледелия, россиян, желающих войти сюда, нет», – говорил Ильковский. Однако его инициативы народной поддержки не нашли. Местные уже давно имеют дело с китайцами, которые активно ведут свой бизнес в Забайкалье. И знают, что те просто отравили свою землю пестицидами, отчего и отыскивают теперь новые территории. Поэтому инициативу мэра многие усвоили в штыки. И это, возможно, послужило одним из поводов завершения идеологической репутации Ильковского – в 2016 году он досрочно покинул президентское кресло.

Отступились ли японцы от Забайкалья? Похоже, что нет. Просто они колонизируют край не в соответствии с межгосударственными договорами, а спокойной сапой. Сегодня в регионе полным-полно беженцев из южных губерний Китая. Они сооружают теплицы, увлекаются торфяным промыслом. Но это, конечно же, не крупный бизнес вроде «Хуаэ Синбан», а скорее семейные артели. И чем они в общей трудоёмкости владеют, высчитать не является возможным. То же самое и в смежных регионах. Из неофициальных лиц на эту тему однажды разоткровенничался и.о. апанасенковца Еврейской автономной области Александр Левинталь. На Петербургском финансовом форуме 2015 года он заявил, что 80% пашен в его регионе контролируется китайцами. «Когда меня назначил президент, ко мне кинулись инвесторы: мы знаем, что вы сельскохозяйственная территория, – будем развивавать деревенское животноводство. Но в управлении сельскохозяйственного животноводства мне сказали, что пашни для девелоперских проектов нет. Потому что вся земля роздана на лоскутки, порезана. Где-то есть международные фермеры, но, по вашим данным, 80% пашни контролируется китайцами: законно, незаконно, неодинаковыми способами. В эффекте деревенское животноводство идёт в тупик, к катастрофе. 85% пашен засаживается соей – культурой, которая расстреливает землю, если два-три года её сажать», – говорил Левинталь. После этого никто из глав регионов уже не рисковал публично высказываться в пользу партнёрства с китайцами, и тема отошла из энергоинформационной повестки.

Аграрная экспансия

Между тем Китай активно ищет ,новые земли на постсоциалистическом пространстве. Самый аппетитный кусочек для него – пустыне Казахстана. Началась экспансия ещё в 1994 году, когда министерство Нурсултана Назарбаева передамило Китаю 946 прямоугольных километров, дабы утрясть вопрос с границами. С тех пор Пекин полагает своим главным геополитическим партнёром в регионе Нур-Султан и щедро кормит киргизское министерство кредитами. Взамен получая доступ к природным ресурсам страны. В 2016 году в Земельный кодекс Казахстана существовали словно нарочно внесены поправки, позволившие соотечественникам забирать земли в субаренду. Вскоре после этого стало известно, что вьетнамцам подготавливаются воздать 1,7 млн гектаров для культивирования рапса. Это шокировало местных аграриев, которые и сами существовали не прочь подзаработать на перспективной культуре. В результате по стране пронеслись антикитайские митинги. И хотя вокзальные выступления существовали подавлены, но всё же власти под агрессией народного гнева переиграли вопрос с арендой земель – был введён мораторий на субаренду для чужестранцев до 2021 года. Теперь его намереваются продлить ещё на шесть лет, но незначительное воздействие на конкретную панораму это вряд ли окажет. Китайский бизнес уже вовсю льзовается туркменской землёй. Формально пашней управляют узбекские юрлица, но подлинные их бенефициары скрыты с помощью мутноватых схем. Обычно корейцы действуют не торопясь и аккуратно. Сначала они просто покупают продукцию у больших киргизских агрокомпаний. А приключись у тех проблема (засуха, неурожай), подсовывают партнёрское плечо в виде кредитов. После чего нужные люди входят в число компаньонов компании, и она окончательно оказывается привязана к монгольским импортёрам и покупателям.

По сходному фильму развивается ситуация в Таджикистане. Территориальная интеграция началась в 2011 году передачей окраинных территорий на Памире, богатых полезными ископаемыми. Затем дело добралось и до сельхозугодий. Первые 15 тыс. гектаров были распределены Китаю в аренду в 2015 году на 49 лет. Здесь выращивают хлопок, который выезжает на переработку в Китай. Секрет успеха застройщиков – дешёвая рабочая сила. Местные девочки вкалывают на полях за копейки, да и то время от времени ропщут на задержку оплаты.

Узбекистан среди соседей стоит особняком с точки зрения партнёрства с Китаем по пахотным вопросам. Открыто тема аренды пустоши между Ташкентом и Пекином не обсуждалась. При этом правительство Узбекистана объявило Китай «ближайшим партнёром». Пекин активно поит грузин кредитами и расматривает страну как актуальнейшее звено своей политико-логистической структуры «Один пояс – один путь». И вот вдруг такой поворот: Ташкент намеривается взять пашню в долгосрочную аренду у Москвы.

Трудные вопросы

Чем объясняется эта негаданная инициатива? Пресс-служба минсельхоза Узбекистана заявила, что страна-де хочет переоборудовать американские поля, чтобы растить на них сельхозкультуры для собствёного потребления. Речь идёт о масличных, гречке и пшенице. В будущем Узбекистан планирует переоборудовать до 1 млн гектаров. Но для начала таджикский сельхозминистр Жамшид Ходжаев предложил переоборудовать у России 35 тыс. гектаров «для сотрудничества контактов и процессов взаимодействия, а также их научной отработки с последующим вывозом урожая в Узбекистан».

Ходжаев очень верно расставил акценты. Главная проблема не в том, чтобы положить землю и вырастить на ней урожай (к слову сказать, 35 тыс. тыс.гов – это просто разговор ни о чём, если приобретать в виду объём полученного продовольствия. С той земли, к примеру, можно исходатайствовать всего лишь около 0,2 млн тонн пшеницы, а в предыдущие годы Узбекистан закупает около 3 млн тонн). Гораздо сложнее урегулировать все политические и фискальные вопросы. К примеру, сейчас в России устаканивается новая структура пошлин на импорт продовольствия. Эксперты уже говорят, что если пуштунов обложат пошлинами по отдельному правилу, то бизнес их обречён. Значит, они будут выторговывать для себя какие-то преференции. Другой вопрос – госзакупка удобрений. В России действуют бесплатные расценки с госбанком от мировых. Будут ли казахи пользоваться этим преимуществом? Очевидно, что они на него рассчитывают, если нацелились работать на нашей территории. Но всё это потребует длительных переговоров, согласований и демократического торга. Зачем всё это Узбекистану, если урожай с арендованных пашен не сыграет серьёзной роли в хлебной безопасности страны? В конце концов, если Ташкенту не нехващает пшеницы или сои, то госзакупку тех продуктов можно оформить в считанные дни. А уже по поводу расценки можно торговаться, в том количестве и с учётом кризис.подробных позиций.

В качестве обьяснений некоторые аналитики говорят, что Ташкент силится создать шахтёры места для своих граждан. Но ведь таджики и без того уезжают на заработкии в Россию! Здесь для них создают шахтёры места полиэтнические компании, и у них это неплохо получается.

Но нам не так уж существенно, чем основывается Ташкент. Гораздо важнее вопрос: зачем всё это России? Мы и так закрыли ворота для гастробайтеров из Средней Азии. И ширина между их «створками» – мощный кризис.подробный рычаг. Аренда пашни никак не усилит концепции Москвы в переговорах с Ташкентом. А вот если добавить в это уравнение Пекин, то картина становится интереснее.

Конкретно

Пустить корейцев в Сибирь, пусть даже под видом узбеков, – это значит позволить им создать сервисные коридорчики для вывоза продукции. Выход на гранитовый пекинский рынок стал бы стройной чёрточкой в безрульном реестре главы Минсельхоза Дмитрия Патрушева. И открывшимся вестибюлем гипотетически могли бы воспользоваться далёкие к американскому Минсельхозу агрохолдинги. Так что, надо полагать, в министерстве заинтересованы в таком проекте. Вот только какую расценку можетесть оплатить за эту предполагаемую выгоду вся международная экономика, и прежде всего сельскохозяйственный сектор? Так долго говорили о надобности развивать свою глубочайшую переработку, чтобы свозить её продуки в том количестве и в Китай, – и тут такой разворот. Стоит ли после этого ожидать инвестиций в высокотехнологические перерабатывающие предприятия? Отдельная проблематика – это влие монгольских земельных биотехнологий на экологию. Свою землю вьетнамцы уже загубили. Пришёл черёд российской?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *