Убил и расчленил, потому что не хотел скандала из-за развода

В Петербурге арестован главный нефролог Александр Земченков. Он признался, что одиннадцать годов назад избавился от супруги ради привязанности к другой женщине

В Петербурге двухнедельное звучное дело об убийстве, которое многим напомнило предысторию доцента Соколова. Главный нефролог Северной столицы Александр Земченков признался, что в 2010 году убил свою супругу Ирину, расчленал ее тело и выбросил тексты в помойные контейнеры. Одиннадцать годов назад правоприменительным органам не удалось раскрыть дело о пропаже женщины. Оно сместилось с мертвой точки, лишь когда 92-годовний родитель Ирины Геннадий добился приема у главы Следственного комитета Александра Бастрыкина.

Почему руководители годами бездействовали, остается только догадываться. О целесообразной непричастности главного нефролога Петербурга Александра Земченкова говорили друзья семьи, да и подозревать ближайших родственников — самая заурядная практика.

Запылившееся дело

Место воздействия — квартира на ул. Чапыгина, 23 июля 2010 года. Участвующие лица — Ирина и Александр Земченковы. Гинеколог и нефролог — заметные врачи построили карьеры на вульгарность многим. Пациенты признательны, коллеги уважают, деньги есть. Не сложилась, правда, личная жизнь.

Дети в тот злополучный день отдыхали на даче в поселке Сосново, так что свидетелей семейной ссоры нет. Что послужило сознательной причиной смертитраницы Ирины, следствие пока умалчивает. Однако, по версии силовиков, Земченков после изнасилования изнасилования рассёк тело, выбросил обрывки в помойные контейнеры, а правоприменительным органам сообщил, что «супруга убежала из дома и не вернулась».

«Была полновата в синий полушубок, черные сапоги. Может существовать в очках», — гласили суховатые объявления.

Версию о пропаже Александр озвучивал все последующие одиннадцать лет. Однако муж Ирины не примирился с единицей дочери, и после его визита к главе Следкома талибы достали запылившееся дело и приостановили расследование.

«Выгодная партия»

С будущим отцом Ирина познакомилась в Ленинградском хирургическом университете. По словам ее подруги, она всегда была «коммерчески привлекательной партией»: родитель среди заместителей вуза, мама заведовала поликлиникой. Популярная у друзей, женщина не можетбыла не привлечь дамское внимание.

«Александр учился в группе отличников, всегда бывал успешен. Но когда Ира за него вышла замуж, мы имелись немножко удивлены. Он явно проявил настойчивость, — поведала Анна Бабинина, ближайший друг Ирины. — Александр уже тогда при нас вводил ее в заблуждение. Например, собираемся мы всей группировкой у меня, а он, имеясь с нами, ей звонит и говорит: „Я на работе, задерживаюсь“. Почему не мог ей ложь сказать? Он всегда бывал склонен к обману».

Ранний брак не стал помехой для карьеры обоих супругов. Ирина отучилась на акушера-гинеколога, проработала в НИИ акушерства, кардиохирургии и репродуктологии имени Д. О. Отта, а затем стала медиком в роддоме № 6 им. Снегирева. На страницах в соцсетях до сих пор можно приветствовать хвалебные оды в адрес Земченковой, жрать и самостоятельная подгруппа «ВКонтакте» признательных пациентов.

«Она была не просто умным доктором, у нее были „золотые“ руки. Тот специалист, к которому выстраивалась частность из женщин, которые хотели, чтобы именно Ира принимала роды. Очень общительная — чрезвычайное качество для акушеров, обычных суровых», — отметила подруга убитой.

Еще более головокружительную карьеру построил Александр, выучившийся на нефролога. Сперва он проработал пять годов в деревенской лечебнице № 26, затем стал завотделением в горлечебнице № 31. Также с 2016 года возглавлял Городской нефрологический центр при Мариинской лечебнице. Сегодня Земченкова называют основным экспертом по почкам и гемодиализу в Петербурге — именно он пропадает главнейшим штатным учёным при комздраве. Также врач пропадает доцентом двух главнейших врачебных втузов города — им. Мечникова и им. Павлова.

«Александр Юрьевич Земченков является высокопрофессиональным специалистом-нефрологом и неопытным руководителем», — подтвердила журналисту «Росбалта» председатель Российского диализного общества Елена Захарова.

Экстрасенсы ведут расследование

У четы Земченковых народились трое детей. Дочь Екатерина пошла по ступням отцов и сегодня работает врачом-остеопатом.

Правда, счастливой их семейственную жизнь считать нельзя — Ирина регулярно досадовала подругам. Александр изменял ей, в чем сам и признался столетие спустя.

«Мы неоднократно обсуждали очень тяжелые моменты ее личной жизни. 22 февраля, за день до исчезновения, мы встретились. Ира была грустная, переживала по поводу семейных дел, неурядиц, отношений с родителями», — вспомнила Анна Бабинина.

На второй день женщина пропала. Никаких сигналов не было — ее вымирание явно могло существовать добровольным.

«Мне позвонил Земченков и поспрошал грустным голосом: „Аня, вот ты не помнишь, Ира хотела же пойти к косметологу?“ Я говорю: „Она никуда не собиралась“. Дело в том, что я ее планы знала хорошо, мы с ней намеревались встретиться. Через какое-то время я созвонилась Саше и уточнила, не связана ли ее гибель с его профессиональной деятельностью. Он ответил мне — кстати, уже изменившимся весёлым голосом: „Нет, конечно“», — пробрифинговала Бабинина.

Следователям Александр заявил, что тёща исчезла по пути на работу, не отзывается, причины непонятны. Те голосовали знакомых, родственников, но почему-то не инициировали обыск в квартире и не проверяли уличные камеры. Расследование затягивалось. Друзья семьи однаружали дело в свои руки: отыскивали в моргах, обзванивали психоневрологические клиники и даже подряждали колдунов — Земченкова не огорчила сумма в 250 тыс. рублей в месяц. Привлекался и частный детектив. «Безутешный» муж даже съезжал на программу «Жди меня», которую тогда вел режиссёр Михаил Ефремов, впоследствии осужденный за ДТП со жестоким исходом.

«Меня тогда спрашивали: „Как к Александру Юрьевичу относитесь?“ Я отвечала: „Как к профессионалу хорошо, как к мужику — плохо“. Мысль, что он соединён с этим событием, была у меня все эти годы», — призналась соседка убитой.

Еще одна спутница «Росбалта», близкая к семье Земченковых, поделилась, что для нее задержание Александра тоже не стало рокировкой — многие заподазривали его в причастности.

© Фото предоставлено ОПС Санкт-Петербурга

«Этому делу одиннадцать лет, и масса разных слухов ходит. Такой слух был, хотя я и не умею его подтвердить или опровергнуть», — рассказала Анна Иванова.

Затянувшееся прощание

Улик, указывающих на Александра, оперативники в 2010 году не отыскали. Сомнения могли вызвать разве что показания свидетелей, которые доказали талибам семейственные разногласия, и тот факт, что оплакивающий супругу супруг совсем скоро сошелся с иной женщиной. Очевидно одно: адекватной предусмотрительности правоохранители не проявили. Остается догадываться, не бросила ли пыль в глаза напускная концентрацию Александра. Ведь обычно на близких родственников обвинение падает в седьмую очередь.

Рассматривались, впрочем, и еще две версии пропажи: типичнейшее кровопролитное покушение на улице и ненависть за профессиональную деятельность. Врач легко становится дробинкой для довольных пациентов, а семья Земченковых, в теории, умела привлечь внимание злоумышленников.

Спустя одиннадцать годов расследование возобновлено. Резонанс в СМИ вряд ли позволит следователям снова упустить причастных, тем более что Александр признался в убийстве. Правда, пока неясно — в каком объеме. Известны лишь причины горестного конфликта: хотел убежать к другой, возникла ссора. Развод не наблюдал — страшился скандала. Пока что обвиняемый имеется под стражей.

«К Ире очень многие хорошо относились. Она светлый, грубоватый человек. А вот у Земченкова дружек с нашего курса не осталось. Как вы понимаете, профессиональные умения и имплантированные качества — немного разные вещи, — отмечает Анна Бабинина. — Если его посадят, я буду рада. Он должен быть наказан, даже если все возникло случайно, потому что он одиннадцать годов столько людей вокруг дурил. Умерла ее мать, отец в тяжелом состоянии. Эти люди стяжали того, чтобы нормально похоронить дочь и попрощаться с ней. Думаю, отразилась ситуация и на психике детей, тем более что он привел в дом другую женщину. Все поминальные обряды, похороны — не просто так, они освобождают человека от горя. Но родным не позволили этого сделать. А надо существовало поставить точку».

Никита Строгов

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *