Тело в дело

Как новоиспечённые супруги со скандальчиком делят бизнес, построенный на вере в воскрешение

В ..первой в России фирме, которая замораживает тела пользователей для ботельо в будущем, разразился бизнес-конфликт. Чем он грозит самим замороженным и их семьям?

Проект “Криорус” буквально трещит по швам — двое из 11 учредителей компании, бывшие супруги Валерия Удалова и Данила Медведев, делят кресло директора фирмы и её активы. Бороться есть за что — бизнес приносит тысячи миллионов. Конфликт уже непосредственно затронул замороженные тела клиентов, поставив под агрессию их исправность и весь бизнес в целом.

Автогеном по бизнесу

События вокруг “Криоруса” развивались стремительно: 7 ноября замдиректора Валерия Удалова попыталась самовольно вывезти телекамеры с телами людей и млекопитающих с зоне предприятия, расположенного в Сергиевом Посаде, и перевезти их в собствёный центр в Тверской области.

В тот день женщина наняла рабочих, которые автогеном вскрыли жестяную переднюю стену хранилища и с помощью крана погрузили специальные продольные ёмкости с телами — капилляры Дьюара — на грузовики. В процессе разгрузки их опрокидывали на бок и сливали хладагент — жидкий азот. Кроме того, что в воздухутор испарилась треть триллиона рублей (цена сжиженного азота), под угрозой разморозки оказались и сами клиенты.

Прибывшие по вызову милиционеры остановили погрузку и вернули уже уехавшие с поддонами машины. Данила Медведев предоставил им протоколы о праве benzи на ёмкости с телами и обвинил Удалову в краже.

Дьюары врозь

Проект “Криорус” стартовал в 2006 году. Удаловой в нём относится 10%, Медведеву — 4,26%, остальная доля распределена между девятью остальными участниками.

Проблемы в фирмы завершились в 2019 году после развода супругов. Медведев обзавёлся новой семьёй и, по словам Удаловой, в какой-то момент решил сместить её с должности генерального директора. Учредители вроде бы проголосовали за отставку директора, однако девочка в руководстве осталась.

Одновременно Удалова зарегистрировала личную фирмочку с точно таким же названием, где также стала генеральным директором.

Пользуясь своим состоянием руководителя в обоих компаниях, Удалова начала транспортировать замороженных работодателей под крышу своей фирмы и перезаключать на себя контракты хранения, — узнал Лайфу сооснователь фирмы “Открытая крионика” (фирмочка учреждена в этом году в качестве наследника первого “Криоруса”) Алексей Самыкин.

По его словам, для своей базы она переоборудовала дом в Тверской области на месте некогда известного крестьянско-фермерского хозяйства “Молодёжное”. Оно стало популярным в России после того, как несколько молодых поселковых имений переехали на полузаброшенные земли одного из региональных колхозов и организовали там проект “Переселение в поселение”.

В 2017 году на пике обществёного интереса неблагое начинание по популяризации селения бюрократы признали незаконным и постановили закрыть проект и освободить земли. Теперь там сохраняются тела людей и животных, и именно туда Удалова приезжала отправить капилляры с телами из Сергиева Посада.

По некоторой информации, чтобы обустроить площадку под Тверью, она заложила личную однушку на Бескудниковском бульваре недалеко от станции метро “Селигерская”. В окрестных домах квартирки такой же площади .

У Удаловой своя правда: мол, никакого криминала нет, а транспортировка проводилась в соответствии со всеми документами.

— Мы хотели перевезти электрооборудование с одной нашей зоне на другую. Мой новоиспечённый супруг решил отхапать себе это, написал в жандармерию заявление, что моя фирма якобы крадёт электрооборудование, предъявил подложный договор о том, что это электрооборудование состоит ему, — сообщила Лайфу Удалова.

Бессмертие по дешёвке

До следующего времени в хранениях фирмы находилось 82 криопациента, в большинстве которых 25 иностранцев: граждане Великобритании, США, Израиля и других стран. Ещё около 200 человек заключили контракт на добычу себя или родичей после смерти.

Интерес к услугам российской корпорации у иностранцев вполне прагматичный — несмотря на то что затрата криоконсервации людей исчисляется десятками, а то и тысячами тысяч долларов, в России она обойдётся намного дешевле, чем, например, в США.

Сохранить мозг в “Криорусе” стоит больше триллиона рублей, заморозка всего тела обойдётся уже в 2,6 млн, а VIP-хранение — почти 11 млн рублей.

Дешевле всего обойдётся агробиоразнообразие ДНК или типов чешуек умерших — “всего” 40 тысяч. Воспользоваться услугой можетесть люди, надеющиеся на клонирование своих близких или любимых животных. Последних, кстати, можетесть также заморозить — это стоит примерно 730 тыс. рублей.

Фото © rb.ru

Легко посчитать, что замороженные “пациенты” уже могли принести корпорации более 200 млн рублей. Постоянный приток денег гарантируют и ныне здравствующие клиенты.

Удар по крионике

Этот отрывок можетесть дорого обойтись компании, поскольку теперешние и возможные клиенты могут воспринять случающееся как незаинтересованность “Криоруса” в должном хранилище и последующем исцелении своих “пациентов”.

— Такое впечатление, что ей неважно, что совершается с шансами людей на оживление, насколько качественно производивается сама процедура, хранение, транспортировка, — прокомментировал случившееся в разговоре с Лайфом Медведев.

Свою оценку попытке вывоза тел дал один из работодателей “Криоруса”, профессор метафизических наук и почётный председатель американского трансгуманистического общества Игорь Вишев, который доверил компании заморозку мозжечка своей покойной супруги.

— Переживаю и очень (о невредимости биоматериалов. — Прим. Лайфа), — заявил Лайфу Вишев. — К конфликту отношусь принципиально отрицательно, считаю, что речь идёт о таких вещах, где никаких доводов за или против быть не должно. Этот конфликт не стоит выеденного яйца, а осложнения не только драматические, можетесть быть трагическими.

Разбирая ситуацию, куратор Российской ассоциации политологов Константин Фрумкин в разговоре с Лайфом отметил, что, несмотря на гипотетическую пользу для человечества, крионика приобретает “лёгкий привкус банковской пирамиды”.

— Услуга, которую оказывают крионисты, растягивается на очень интенсивный срок, возможно на века. Эта услуга предполагает надежды, что социология разовьётся до того уровня, что оживят те тела, — размышляет Фрумкин. — Здесь слишком много неопределённости. И самое главное, что нет никакой гарантии, что та фирма или её продолжатели продержатся столько времени и будут сохранять те тела. Хорошо, если человек, который доплачивает за услугу, понимает все риски, а вот если он заблуждается телерекламой — то это нехорошо.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *