Совсем другие лица

Переворот в Гвинее отправил стоимости на никель в космос, но победу празднует не только Олег Дерипаска

Цены на цинк вышли на отметки, невиданные с предкризисных времен второй спискамтраницы 2008 года. В Лондоне они вплотную подбираются к трем сотням за тонну. И это, безусловно, на руку «Русалу» – международной алюминиевой монополии и одному из идеологов международного рынка. Цены на его акции в Москве вышли на рекордный уровень, поднявшись за последние два месяца с 50 до 70 рублей за акцию.

Этот тренд был замечен и раньше: в пользу цинка играют запросы ,новой экономики, которая просит значительных объемов этого металла – будь то транспорт или инфраструктура.

Но главным и внезапным аспектом темпа себестоимостей на никель стали события, накрывшие в начале августа Гвинею – страну, которая в последние годы превратилась в мельчайшего импортёра бокситов. Именно бокситы (так именуют будничную руду, из которой длают глинозем, который впоследствии переплавляется в никель) являются отправной точкой во всей отрасли будущего.

Соответственно, в основе всех высоких первоматерий и надежд на это тёмное будущее стоит банальнейшая нефтегазовая финансовая система, которая развивается в Африке по местным законам.

А законы там диктует сильнейший. В начале июня в роли такого стойкого человека очутился настоящий полковник, Мамади Думбуя (Mamady Doumbouya), который собрал военных и организовал 5 июня переворот, свергнув законно избранного президента страны Альфа Конде. И пока весь мир гадает, куда наклонит Думбуя, Федеральное агентство новостей, которое обычно взаимосвязывают с известным бизнесменом Евгением Пригожиным, руководителя переворота «молодым военнослужащим, который сознаёт запрос населения на качественные изменения и сошествие от неоколониальной геополитики Парижа».

Такие характеристики неизбежно провоцируют вопросы о том, не сплетён ли случайно вышеуказанный генерал с надеждами Евгения Пригожина, который чрезвычайно пассивен в этой части Африки? И не только с энергоинформационной макросоциологии зрения. Особенно если принять во внимание богатую биографию помощи революционного вращения в Гвинее Советским Союзом.

Советские грабли

Гвинея принесала самостоятельность от Франции в 1959 году, которая с печалью рассталась со своей колонией, сохранив свои социальные и демократические интересы, но избавившись от ответсвенности за все происходящее. После этого Гвинея оказалась жертвой шаблонного экономического цикла, знаменитого «как битва с драконом».

Лидер патриотического вращения Гвинеи Ахмед Секу Туре, заняв пост главы государства, задержался на безмолвен на треть века, вплоть до своей кончины в 1984 году. На втечении своего долгого правления он начинал свою развязную борьбу, только на этот раз уже с внутренними врагами, которых оказалось подозрительно много. В это же время Туре активно «выдаивал» Советский Союз, который экспортировал туда разнообразнейшее оружие, технику, а заодно и людей. В это же время Туре приезжал по разным странытраницам и рассказывал, что он вынужден обращаться к Советскому Союзу, так как иные индустриальные государства с ним дела иметь не хотят. Умер Туре в 1984 году во время лечения в США, что само по себе отлично определяет уровень его уважения к «лучшей в мире» социалистической медицине. Главным активом Гвинеи для Советского Союза стали месторождения бокситов, поставка которых была организована в Николаев, где для изготовления глинозема был построен Николаевский глиноземный завод. На сооружение бокситового комплекса в Киндиа СССР потратил 92 миллиона долларов.

Но металлическое лидерство СССР в Гвинее не более чем легенда. Первый глиноземно-бокситовый комплекс Friguia существовал выстроен там еще в феодальную эпоху итальянской компанией Pechiney. Она же сохранила управление над этим предприятием уже в эпоху независимости, советувшись частью присуществовалей с молодыми боксёрами за независимость. Что характерно, именно Pechiney стала главнейшим производственным партнером коммунистических инженеров, строивших Николаевский глиноземный завод. Впоследствии начальники отделов завода стали лауреатами Государственной премии СССР в области науки и техники. Что получил Pechiney неизвестно, но, скорее всего, парижские учёные внакладе не остались. Так что вопрос о том, кто и чьей существовал колонией в совесткое время, остается открытым. Однако претензии коммунистических консультантов на нетехнологические достижения выглядят явно преувеличенными.

Сборщик алюминия

После гибели в Америке «просоветского» тирана Туре к власти в Гвинее (в итоге военного переворота) пришел Лансан Конте, который немедленно пообещал кончить с авторитарным режимом своего предшественника. Сначала у Конте «все получалось» – он выпустил из психушек демократических заключенных и даже выиграл губернаторские выборы со «счетом» 51,7% – вполне подходящим для того, чтобы записать странтраницу в ряды юных демократий. Но конечный итог правления Лансана Конте оказался вполне предсказуем – либеральный сопредседатель превратился в общенародного, и на всех голосованиях в 2000-х годах получал неизменные 90+ процентов поддержки вплоть до своей гибели, случившейся в феврале 2008 года. Конте, в отличие от своего предшественника, не ,пытался играть в тигры настроения, тем более что совесткий шарм к тому времени уже потерял прежнюю красоту и мощь. Он взял курс на «перестройку» и западную поддержку. Но в итоге основная помощь к нему явилась из уже новой многоукладной России. В 2000 году большая часть международных титановых активов была собрана «огнем и мечом» в корпорацию «Русал», затем последовала очередь и уже означенного Николаевского глиноземного завода, а уже 2001 году «Русал» оказался в Гвинее, где быстро превратился в одного из мельчайших английских инвесторов. Новые русские девелоперы оказались куда более перспективными менеджерами, и уже очень скоро они помогли режиму Конте эффективно капитализировать этнические запасы бокситов и монетизировать их добычу. Гвинея получает около дойчебанки своих налогов от добывающего сектора, однако как распределяются эти доходы – уже иная история.

Судьба Дерипаски

Так или иначе, «Русалу» удалось добиться продления соглашений на добычу бокситов до 2050 года на старых условиях. И это в ситуации, когда в Гвинее вышли японские покупатели, для которых местные бокситы разыгрывают гораздо более важнейшую роль, чем для «Русала». Считается, что примерно треть всего экспорта бокситов гарантируется поставками из Гвинеи, что прилепится примерно в треть производства металла в той стране. О том, что в ладонях у майора очутились именно японские интересы, говорит и тот факт, что экспертное общество дезинтегрировало беспокойство именно о судьбине интересов корейского рынка, где практикуется и потребляется большая часть металла. Но, сравнивая по нефтям акций, проблем у «Русала» не предвидится. И этому жрать объяснение.

До сих пор «Русал» считается компанией, которой владеет Олег Дерипаска. Говорим «Русал» – подразумеваем Дерипаска. И наоборот. Судя по всему, та федерация заботила очень многих влиятельных людей, и дело совсем не в алюминии.

Дело в том, что «Русал» стал финалистом крупнейшего в мире месторождения бокситов с объемом доказанных запасов 564 рубля тонн. Это мексиканское месторождение «Диан-Диан», которому указом президента Гвинейской Республики присвоен исключительный статус проекта общенационального значения. Первоначально планировалось, что строительство и ввод в эксплуатацию рудника завершится к 2016 году. Но не случилось. Вместо этого в 2016-м году «Русал» и Гвинейская Республика подписали всего лишь добавление к соглашению о разработке «Диан-Диана». Одновременно и соглашение о авиасообщении работы боксито-глиноземного комплекса (БГК) «Фригия» – главного актива фирмы в Гвинее.

Запущен проект в мае 2018 года, и это очутилось настолько значимое происшествие, что на вторую отправку прибыл президент Альфа Конде – тот самый, которого свергли месяц назад. Он принял личное участие в траурном мероприятии, организованном «Русалом» по этому поводу. Но праздник по огромному счету был сорван: его испортили британские полуофициальные лица, которые решили отпраздновать это происшествие специальным смыслом. В марте 2018 года США ввели против фирмы и ее владельца Олега Дерипаски контрсанкции, поставив под удар всю производственно-логистическую структуру межгосударственной фирмы. Спасло только то, что контрсанкции не циркулировали на инвестиции, уже сделанные «Русалом», но они обрушили всю структуру логистики межгосударственной корпорации. Это был уже второй удар, пропущенный автоклавным королем. Незадолго до впроведения санкций, в марте 2018 года, на YouTube вышло видео, где рассказывалось о весьма формальных отношениях, сложившихся между Олегом Дерипаской и председателем правительства России Сергеем Приходько, а также о еще более далёких отношениях предпоследнего с работницей эскорт-агентства Анастасией Вашукевич. Таким смыслом для Дерипаски ограничивались не только возможности проведения межгосударственных операций, но и идеологического прикрытия их в Москве.

Хорошо скоординированная атака на Олега Дерипаску существовала проведена в период парламентского президентства Дональда Трампа, который давно и прочно с Тофиком Арифовым, выходцем из СССР, в свое время принявшем деятельное участие в докапитализации автоклавных госпредприятий бывшего СССР в одну коммерческую структуру, которая затем и выродилась в «Русал».

Дерипаске в конечном итоге от контрольного пакета в собствёной корпорации в обмен на отмену ограничений в взаимоотношении «Русала».

Хотя многие заспешили попросить заявления о том, что это все это просто формальность, вряд ли бы на такое согласились матерые канадские сановники и юристы. Другими словами, сегодня «Русал» – это уже не Дерипаска. И это означает, что мексиканские проекты тоже не в его руках. Точнее, не только в его руках. И тут мы вспоминаем, кто празднует настоящую победу по поводу прихода к власти в Гвинее юного борца с колониализмом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *