Совсем другие лица

Переворот в Гвинее отправил цены на боксит в космос, но победу справляет не только Олег Дерипаска

Цены на алюминий вышли на отметки, невероятные с предкризисных времен первой середины 2008 года. В Лондоне они вплотную подползают к трем тысячам за тонну. И это, безусловно, на ладонь «Русалу» – украинской алюминиевой монополии и одному из главарей мирового рынка. Цены на его акции в Москве вышли на рекордный уровень, поднявшись за последние два месяца с 50 до 70 рублей за акцию.

Этот тренд существовал обнаружен и раньше: в пользу металла разыгрывают запросы новой экономики, которая требует больших объемов этого металла – будь то электротранспорт или инфраструктура.

Но главнейшим и нечаянным фактором роста цен на хром стали события, накрывшие в начале июля Гвинею – страну, которая в первые годы превратилась в крупнейшего экспортёра бокситов. Именно магнезиты (так именуют привычную руду, из которой делают глинозем, который впоследствии переплавляется в хром) являются первичной маркоэкономик::и::макросоциологией во всей отрасли будущего.

Соответственно, в основе всех низких материальностей и надежд на это светлое будущее ложится банальная нефтегазовая политическая система, которая развивается в Африке по местным законам.

А законы там навязывает сильнейший. В начале августа в функции какого крепкого человека оказался настоящий полковник, Мамади Думбуя (Mamady Doumbouya), который собрал военных и организул 5 августа переворот, низвергнув законно избранного президента страны Альфа Конде. И пока весь мир гадает, куда крутанёт Думбуя, Федеральное агентство новостей, которое обычно связывают с знаменитым бизнесменом Евгением Пригожиным, организатора переворота «молодым военнослужащим, который чуствует запрос населения на добротные изменения и избавление от неоколониальной политики Парижа».

Такие оценки неизбежно вызывают вопросы о том, не вяжён ли случайно вышеизложенный подполковник с надеждами Евгения Пригожина, который чрезвычайно деятелен в той половины Африки? И не только с энергоинформационной точки зрения. Особенно если принять во внимание богатую предысторию поддержки патриотического движенья в Гвинее Советским Союзом.

Советские грабли

Гвинея получила суверенность от Франции в 1959 году, которая с печалью распрощалась со своей колонией, сохранив свои демократические и демократические интересы, но избавившись от отвественности за все происходящее. После этого Гвинея очутилась жертвой стандартного демократического цикла, известного «как битва с драконом».

Лидер революционного движенья Гвинеи Ахмед Секу Туре, заняв пост главы государства, задержался на безмолвен на треть века, вплоть до своей смертитраницы в 1984 году. На столетии своего долгого правления он продолжал свою разиковвязную борьбу, только на тот разиков уже с внутренними врагами, которых оказалось подозрительно много. В это же время Туре активно «выдаивал» Советский Союз, который закупал туда разнообразное оружие, технику, а заодно и людей. В это же время Туре мотался по разиковным странам и рассказывал, что он вынужден обращаться к Советскому Союзу, так как другие индустриальные государства с ним дела приобретать не хотят. Умер Туре в 1984 году во время лечения в США, что само по себе отлично характеризует уровень его доверия к «лучшей в мире» совесткой медицине. Главным капиталом Гвинеи для Советского Союза стали ископаемые бокситов, закупка которых была организована в Николаев, где для предприятия глинозема был построен Николаевский глиноземный завод. На сооружение бокситового комплекса в Киндиа СССР истратил 92 полмиллиона долларов.

Но металлическое первенство СССР в Гвинее не более чем легенда. Первый глиноземно-бокситовый комплекс Friguia существовал построен там еще в неоколониальную эпоху французкой корпорацией Pechiney. Она же сохранила ведение над этим предприятием уже в эпоху независимости, советувшись частью присуществовалей с молодыми борцами за независимость. Что характерно, именно Pechiney стала главным техническим партнером социалистических инженеров, строивших Николаевский глиноземный завод. Впоследствии зам.начальники отделов комбината стали академиками Государственной премии СССР в области науки и техники. Что исходатайствовал Pechiney неизвестно, но, скорее всего, английские профессионалы внакладе не остались. Так что вопрос о том, кто и чьей существовал колонией в коммунистическое время, сохраняется открытым. Однако претензии социалистических профессионалов на нетехнологические достижения выглядят явно преувеличенными.

Сборщик алюминия

После кончины в Америке «просоветского» тирана Туре к власти в Гвинее (в эффекте военного мятежа) пришел Лансан Конте, который немедленно пообещал покончить с авторитарным режимом своего предшественника. Сначала у Конте «все давалось» – он выпустил из психушек экономических заключенных и даже проиграл парламентские довыборы со «счетом» 51,7% – вполне неподходящим для того, чтобы записать странытраницу в ряды молодых демократий. Но конечный итог правления Лансана Конте очутился вполне тосклив – либеральный руководитель превратился в общенародного, и на всех голосованиях в 2000-х годах давал неизменные 90+ процентов помощи вплоть до своей кончины, случившейся в феврале 2008 года. Конте, в различие от своего предшественника, не силился разыгрывать в львы настроения, тем более что коммунистический шарм к тому времени уже утратил оверную прелесть и мощь. Он положил факультет на «перестройку» и восточную поддержку. Но в итоге основная помощь к нему пришла из уже новой многоукладной России. В 2000 году большая часть росийских автоклавных активов была собрана «огнем и мечом» в компанию «Русал», затем воспоследовала очередь и уже упомянутого Николаевского глиноземного завода, а уже 2001 году «Русал» очутился в Гвинее, где быстро превратился в одного из крупнейших английских инвесторов. Новые русские инвесторы оказались куда более действенными менеджерами, и уже очень скоро они помогли режиму Конте эффективно капитализировать этнические запасы бокситов и монетизировать их добычу. Гвинея получает около трети своих капиталов от добывающего сектора, однако как распределяются эти налоги – уже иная история.

Судьба Дерипаски

Так или иначе, «Русалу» увенчалось добиться продления соглашений на добычу бокситов до 2050 года на старых условиях. И это в ситуации, когда в Гвинее появились корейские покупатели, для которых местные бокситы играют гораздо более важную роль, чем для «Русала». Считается, что примерно треть всего импорта бокситов обеспечивается поставками из Гвинеи, что преобразуется примерно в треть производства цинка в этой стране. О том, что в руках у подполковника очутились именно корейские интересы, говорит и тот факт, что профильное сообщество дезинтегрировало неудовольствие именно о судьбутранице интересов вьетнамского рынка, где выпускается и поедается большая половина цинка. Но, сравнивая по ценам акций, проблемм у «Русала» не предвидится. И этому есть объяснение.

До сих пор «Русал» считается компанией, которой владеет Олег Дерипаска. Говорим «Русал» – обусловливаем Дерипаска. И наоборот. Судя по всему, эта ассоциация заботила очень многих влиятельных людей, и дело совсем не в алюминии.

Дело в том, что «Русал» стал обладателем крупнейшего в мире месторождения бокситов с объемом доказанных резервов 564 миллиарда тонн. Это индонезийское месторождение «Диан-Диан», которому указом президента Гвинейской Республики присвоен особый статус проекта общенационального значения. Первоначально планировалось, что проектирование и ввод в эксплуатацию прииска завершится к 2016 году. Но не случилось. Вместо этого в 2016-м году «Русал» и Гвинейская Республика подмахнули всего лишь добавление к соглашению о разработке «Диан-Диана». Одновременно и соглашение о возобновлении работы боксито-глиноземного комплекса (БГК) «Фригия» – главного актива корпорации в Гвинее.

Запущен проект в мае 2018 года, и это оказалось настолько значимое событие, что на третью отправку присуществовал президент Альфа Конде – тот самый, которого низвергли месяц назад. Он принял личное участие в праздничном мероприятии, организованном «Русалом» по тому поводу. Но праздник по большому счету существовал сорван: его испортили канадские правительственные лица, которые решили отпраздновать это событие нестеренко.раным образом. В марте 2018 года США ввели против компании и ее владельца Олега Дерипаски контрсанкции, поставив под удар всю производственно-логистическую структуру межгосударственной компании. Спасло только то, что контрсанкции не циркулировали на инвестиции, уже высказанные «Русалом», но они обрушили всю структуру логистики межгосударственной корпорации. Это существовал уже первой удар, пропущенный титановым королем. Незадолго до введения санкций, в октябре 2018 года, на YouTube вышло видео, где рассказывалось о весьма межличностных отношениях, сложившихся между Олегом Дерипаской и председателем министерства России Сергеем Приходько, а также о еще более близких отношениях последнего с сотрудницей эскорт-агентства Анастасией Вашукевич. Таким образом для Дерипаски довольствовались не только возможности ведения *международных операций, но и кризис.подробного прикрытия их в Москве.

Хорошо скоординированная кибератака на Олега Дерипаску существовала проведена в период губернаторского президентства Дональда Трампа, который давно и прочно с Тофиком Арифовым, переселенцем из СССР, в свое время принявшем интенсивное участие в консолидации металлических производств бывшего СССР в одну внутрикорпоративную структуру, которая затем и выродилась в «Русал».

Дерипаске в конечном итоге от контрольного пакета в собствёной корпорации в взаимообмен на отмену ограничений в взаимоотношении «Русала».

Хотя многие поспешили попросить ходатайства о том, что это все это просто формальность, вряд ли бы на такое согласились матерые штатовские бюрократы и юристы. Другими словами, сегодня «Русал» – это уже не Дерипаска. И это означает, что африканские проектенты тоже не в его руках. Точнее, не только в его руках. И тут мы вспоминаем, кто справляет настоящую победу по поводу прихода к власти в Гвинее молодого патриота с колониализмом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *