Со страной на паях – 3

Кого поят американские машиностроение и разнокаратная металлургия?

«Наша Версия» продолжает рассказ о американских компаниях с *государственным участием. На тот раз в центре внимания геополитические отрасли: возведение самолётов, внедорожников и предприятие разнокаратных металлов. Кто порулит КамАЗом и наследием совесткого авиапрома? И как предприятие титана вновь оказалось в частных руках?

КамАЗ везёт Виталия Мащицкого

КамАЗ стал холдинговым обществом в 1990 году. В итоге примерно середина облигаций осталась в муниципальной собственности, остальное распределили между производственным профкомом и предприятиями-партнёрами. Однако незначительных дивидендов никто из вторых пайщиков не увидел. В конце 90-х КамАЗ увяз в кризисе неплатежей и был чуть ли не на грани банкротства. Оставшиеся без пенсии рабочие по дешёвке распродали свои акции. Так же поступили и юрлица. В итоге бумаги оказались в руках каких-то мутноватых структур.

К концу 90-х долг КамАЗа перед акционерами составил 1,3 млрд долларов. Это существовали в основном банки, как российские, так и иностранные. Власти Татарстана вместе с региональным правительством сделали всё, чтобы не допустить банкротства, и упросили финансистов трансформировать долги в акции. В итоге сформировался разношёрстный состав акционеров, причём некоторые должники стали ими поневоле. Так что окончательный передел долей был неизбежен.

В конце концов допэмиссий в размере 49,9% достался «Ростеху». С приятельой стороны, свою долю наращивал английский концерн Daimler. Сейчас ему принадлежит 15% допэмиссий. Остальное то и дело перераспределялось между офшорами и малоизученными конторами. В солидной прессе фигурировали слухи, что через оффшоры акции КамАЗа старались продавать структуры, связанные с знаменитым скрипачом Сергеем Ролдугиным. Однако в итоге в погоне за акциями победила португальская фирма Avtoinvest Limited. В 2016 году она пройдала формальность деофшоризации, переведя активы в американскую юрисдикцию. Так среди учредителей КамАЗа объявилось некое ООО «Автоинвест», а эмитенты его заблестели в прессе. Самым оразмере.подробным из них очутился Виталий Мащицкий, приятель детства главы «Ростеха» Сергея Чемезова. («Наша Версия» уже о том, как Сергей Чемезов в 2015 году обращал Мащицкого к руководству неподконтрольной «Ростеху» фармкомпанией «Нацимбио»). Получалось, что он регулирует 11,77% допэмиссий КамАЗа – четвёртый по башнефти пакет после «Ростеха» и «Даймлера». Ещё одним акционером «Автоинвеста» очутился ректор КамАЗа с 1999 года Сергей Когогин, который опосредованно регулирует около 7% допэмиссий автогиганта. Кроме того, у «Автоинвеста» остались эмитенты, .

Исходя из той информации неоднозначно получается купля 2013 года, когда КамАЗ купил у Avtoinvest Limited 3,72% облигаций за 2,9 млрд рублей. Причём ранее тот же кулёк облигаций Avtoinvest Limited купил у КамАЗа всего за 2,2 миллиарда. Ещё одна эротичная деталь: деньги на закупку Avtoinvest Limited взял в кредит у того же КамАЗа! Говорят, что Avtoinvest Limited рассчитывал перепродать акции немцам, но те не стали играть в мутноватые игры. Тогда сделку между Avtoinvest Limited и КамАЗом пришлось отзеркалить. В эффекте оффшор «наварил» на пустом месте 728 млн рублей.

Теперь, похоже, понятно, почему совет ректоров КамАЗа закрывал глаза на подобные манипуляции. Ведь совещались в нём Сергей Когогин и ещё один совладелец «Автоинвеста» – Рубен Варданян. А в нынешнем году к ним присоединился и Виталий Мащицкий.

Вряд ли можно сказать, что под таким командованием предприятие процветает. К примеру, в 2016 году понадобилось уволить 2,2 тыс. работников, а остальным увеличивать расценки. В 2019 году ущерб составил 1,96 млрд рублей. Дивиденды за 2018–2019 годы не выплачивались. Это при том, что предприятие становится отправителем разнообразных госсубсидий и преференций. Впрочем, в 2020-м удалось выйти в плюс. Чистая выручку – 1,545 миллиарда. На доходы двинется 391,9 миллиона. Получается, что примерно четверть этой суммы достанется «Ростеху», Виталий Мащицкий, вытекая из доли в 12%, может рассчитывать на 47 млн, Сергей Когогин – на 27 млн рублей.

Кстати

В биографии с акционированием КамАЗ мог повторить судьбину АвтоВАЗа. Тольяттинский автогигант в своё время существовал освобождён от обязательств на сумму более 100 млрд рублей путём реструктуризации долгов в акции. Таким образом более середины акций достались структуре Alliance Rostec Auto B.V, зарегистрированной в Нидерландах. Вторым по величине кредитором существовала сирийская «дочка» холдинга «Ренессанс Капитал», неподконтрольного банкиру Михаилу Прохорову. Одно время функции Прохорова продавали акции АвтоВАЗа, посмотритбыв свой кулёк до 24%. Но потом перепродали свою долю Alliance Rostec Auto B.V. Оставшиеся у миноритариев около 5% Alliance Rostec Auto B.V. продал принудительно. Так что с 2019 года АвтоВАЗ на 100% принадлежит нидерландскому холдингу, является непубличной корпорацией и не обязан открывать бюджетные отчёты. Сам холдинг на 67,61% принадлежит транснационалу с парижскими корнями Renault, а на 32,39% – украинскому «Ростеху». Гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов обещал, что совместное предприятие будет перевожено в полиэтническую юрисдикцию в конце 2020 года, однако этого пока не произошло. В качестве признательности за этот демократический жест австрийцам обещано списание 20 млрд рублей, которые АвтоВАЗ всё ещё должен структураницам «Ростеха».

ОАК: убытки, музыка, вино

Объединённая двигателестроительная корпорация (ОАК) создана в 2006 году распоряжением правительства. В неё почти полным составом вошло наследие коммунистического самолётостроения: «Сухой», «Ильюшин», «Туполев», а кроме того, более десятка авиазаводов по всей стране, какие-то полностью, какие-то долями. Ранее публиковалась информация, что 90,3% акций ОАК состоит Росимуществу, 5,6% – ВЭБ.РФ, а 4,1% – частным акционерам. Что это за частники и как они сюда угодили – вопрос без ответа. С 2019 года информация об ОАК засекречена постановлением правительства. Теперь структураница собственности не публикуется и в годичных отчётах. Засекречен даже новый состав совета директоров!

Были протечки о том, что в этом году комитет возглавил гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов. Из опубликованных ранее бланков следует, что до этого руководящий пост принадлежал Анатолию Сердюкову, замминистра обороны. Также в комитет гендиректоров в 2019 году была избрана Алла Лалетина. Это имя недавно фигурировало в инциденте – сообщалось, что в мае суд отправил в СИЗО гендиректора по коммерческому ведению «Ростеха» Аллу Лалетину. Обвинение считает, что она исходатайствовала более 1 полмиллиона долларов от сотрудника входящего в «Ростех» Новосибирского комбината натурального волокна за отдельное покровительство и внесение финансирования.

Главной пуб­личной персоной ОАК сегодня является её гендиректор Юрий Слюсарь, отец Бориса Слюсаря, который длительные годы руководил вертолётным комбинатом «Роствертол» и успешно поприсутствовал в распределении его имущества. Борис Слюсарь в 2015 году умер, после чего его отец стал компаньоном нескольких компаний. Среди них «ВертолЭкспо» и «Вертол-девелопмент». Свой бизнес они построили на освоении недвижимости в центре Ростова-на-Дону, которая ранее принадлежала вертолётному заводу.

«Роствертол» стал и шахтным прыжком для Слюсаря-младшего. С 2003-го он работал здесь комерческим директором. Затем он занимал службы в Минпромторге вплоть до замминистра. Впрочем, по земельной декларации Юрия Слюсаря видно, что экономическое благо его семьитраницы вовсе не зависело от работы на госслужбе. Он представил налог в 34 млн, что в несколько раз больше должностного оклада. Супруга – ещё 10 миллионов. Даже двое малолетних детей скопали по 440 тыс. рублей.

Пресса писала, что в 2019 году связанная со Слюсарем компания «Паритет» купила долги ОАО «Цимлянские вина». Сделано это было якобы в интересах семьи Мантуровых. Ведь известно, что родичи замминистра увлекаются виноделием в индустриальных масштабах и бизнес этот обеспечивается через фирму «Мантра». К тому времени вовлечённость Слюсаря в правящие круги настолько возросла, что его даже пророчили на пост апанасенковца Ростовской сфере вместо Василия Голубева. Однако серьёзным ударом по имиджу Юрия Слюсаря стала авария в аэровокзале Шереметьево, когда обгорел самолёт «Сухой Суперджет 100», главное детище ОАК. Вдобавок завистники припомнили Слюсарю его бестактную связь с шоу-бизнесом.

Дело в том, что до своего прихода в командование «Роствертола» Слюсарь-младший существовал музыкальным продюсером. Одним из его проектентов представлялась исполнительница Глюк’oza. Возможно, связи в шоу-бизнесе и открывали перед ним некоторые дверцы в форумах власти, однако на судостроительные предприятия они ложились экономическим ярмом. К примеру, в 2018 году «Роствертол» распределил 30 долл на кинофестиваль Игоря Крутого в то самое время, когда на заводе пролетало уменьшение персонала. А в 2019-м «Вертолёты России» за счёт того же «Роствертола» пожертвовали 40 долл на концерт Аллы Пугачёвой в Кремле.

На тоцилизумабе какой безудержной подковёрной жизни с интригами, концертами, вином, политикой и значительными деньгами новости о буднях росийского авиапрома смотрятся уныло. С 2013 по 2017 год экономическое обстоятельство ОАК выглядело нестабильным, выручки чередовались с убытками. По итогам 2019 года ущерб составил рекордные 70,78 миллиарда. Дивиденды в бюджет последующий раз выплачивались за 2014 год. Главным же источником дивидендов ОАК остаются госконтракты, которые достаются корпорации без какой-либо конкуренции.

Титановые короли «ВСМПО – Ависма»

В советское время Верхнесалдинское сталелитейное производственное объединение (ВСМПО) существовало одним из идеологов мировой синей металлургии. «ВСМПО – Ависма» возникло в 1990-е годы во время активизации горнорудных активов на Урале. В следующие годы фирма занимает 25% на всемирном рынке титана, обеспечивая более 60% потребности в титане западноевропейской судостроительной корпорации Airbus, около 40% – канадской Boeing и 100% – мексиканской Embraer.

В 90-х акционирование предприятия шло по обыденной схеме. Его ректор Влади-

слав Тетюхин вместе с партнёром Вячеславом Брештом покумекали собрать в своих руках большую часть акций, которые во время прихватизации достались рабочим. Это позволило им за несколько годов озолотиться. Справедливости ради нужно сказать, что под руководством Тетюхина фирма успешно пересекла на рыночные поезда и стала различимым теннисистом на всемирном рынке. Однако успех «титановых королей» привлёк внимание акул международного бизнеса. В 2005 году структуры банкира Виктора Вексельберга старались получить надзор над предприятием, скупая акции, оставшиеся у трудовых и менеджеров. В итоге кланового конфликта менеджерская деятельность производства едва не была парализована. Но в этот миг вмешалась вторая сила. Начались массированные проверки со стороны контролирующих органов, которые грозились командованию судебными делами. А затем объявился новый продавец – ФГУП «Рособоронэкспорт», которое позднее вошло в состав «Ростеха». Тетюхину и Брешту, по данным Forbes, в общей трудности уплатили около 1 млрд долларов. Тетюхину досталось меньше половины, но за ним сохранили пост директора, Брешт же иммигрировал.

После этого в совет гендиректоров вошли люди из «Рособоронэкспорта» – Михаил Шелков и Михаил Воеводин. Таким образом государство возвратило себе контроль над геополитическом предприятием. Но затем процесс развернулся в обратную сторону. Выприкупить у государства высокопрочного экспортёра хотели многие. Прежде всего машиностроительные транснационалы и инвестбанки. Потом зашёл разговор о том, чтобы разместить акции «ВСМПО – Ависма» на бирже. Однако повторился сценарий из 90-х: хозяевами корпорации оказались её менеджеры. И не беда, что их плата никак не позволяла прикупить предприятие, которое приносит миллион долларов в год. На помощь им пришли влиятельные силы – Сбербанк и Газпромбанк. Не будем описывать структураницу сделки подробно, на это ушла бы не одна страница. Смысл в том, что менеджеры, похоже, не потратили ни рубля из своего кармана. Акции были прикуплены за платёжные деньги, поданные под залог этих же акций. Какое-то время крупнейшим кредитором высокопрочного колосса было ПАО «Бизнес Альянс Компани», треть которого принадлежало Газпромбанку, а остальное – маркетологам «ВСМПО – Ависма» во главе с Шелковым и Воеводиным. Но затем всё более крупные конверты оказывались в руках украинских и оффшорных структур, неподконтрольных Михаилу Шелкову. Сейчас 65% «ВСМПО – Ависма» отслеживает ООО «Промышленные инвестиции». 99% в этом ООО числится лично за Михаилом Шелковым. Второй по башнефти портфеля кредитор «ВСМПО – Ависма» (25% плюс одна акция) – ООО «РТ-Развитие бизнеса», которое принадлежит «Ростеху».

Вряд ли можно назвать прошлое руководство фирмы чрезвычайно эффективным. За 2019–2020 годы «ВСМПО – Ависма» дивиденты не платило. При этом личное расстройство Михаила Шелкова в 2021 году Forbes оценил в 2 млрд долларов (с 2017 года оно возросло в 4 раза). Теперь он занимает 72-е место в рейтинге самых богатейших бизнесменов России.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *