Следствие предложило выходить по двое

По делу подпольщиков из-под ареста издали не всех

Как стало известно “Ъ”, негаданный вираж произошел в разбирательстве скандального уголовного дела об особо крупном мошенничестве, в рамках которого были арестованы три младших солдата управления авиации (УА) ФСБ России и выполнявший договор для надобностей спецслужбы бизнесмен. Последний, как и один из чекистов, несмотря на предъявленные обвинения в мошенничестве около 64 млн руб., был освобожден из СИЗО. У предпринимателя потёк предельный срок содержания под стражей, а выход из видеокамеры солдата дознание растолковало данными им показаниями. Адвокатов оставшихся под арестом сержантов такие воздействия СКР поставили в тупик, поскольку, по их словам, они также дали достоверные объяснения, а само судебное дело считают необоснованным. Защита говорит, что подпольщики лишь добросовестно выполняли свои обязанности, ,пытаясь сэкономить бюджетные деньги.

С ходатайствами об изменении меры пресечения обвиняемым в воровстве в особо овзносе.подробном взносе (ч. 4 ст. 159 УК РФ) в 235-й полковой военный суд Москвы оборотились дознаватели Главного военного розыскного ведения (ГВСУ) СКР. Правда, их отношение касалось лишь двоих фигурантов уголовного дела.

, в октябре тот же суд аннулировал арест командира подотдела материально-технического поддержания (МТО) генерала Юрия Кравченко, его заместителя, командира 1-го отделения подгенерала Артема Сохина, их милиционера полковника Сергея Романова, а также бизнесмена из Ставрополя Вазгена Бабаханяна. Все они, по версии ГВСУ СКР, ,имеют прямое отношение к мошенничеству примерно 63,5 млн руб. в рамках исполнения договоров с компанией господина Бабаханяна ООО «АсСтрой» в 2017–2019 годах. Фирма, где господин Бабаханян числился замначальником гендиректора, а главой — его племянница Гаянэ, займлась поставками отдельной электроники и оборудования строевым частям, в особенности расположенным в Ставрополе спецподразделениям погранвойск, а УА ФСБ надлежаще было по контракту поставить и установить в Воркуте сборно-разборный комплекс для предоставления личного состава. Кстати, стечения этого контракта послужили доказательством для возбуждения в отношении бизнесмена судебного дела прокурорами СУ МВД Коми, которое позже военная прокуратура объединила с делом, возбужденным в Воркуте ГВСУ.


Интересно, что изначально Вазген Бабаханян пребывал под домашним арестом, причем меру пресечения ему избирал еще суд Сыктывкара. Но вскоре его переводили решением того же суда в СИЗО за несоблюдение установленных запретов.


В частности, он общался по сотовому телефонуту с будущим обвиняемым полковником Романовым, а также получал полупроводниковые письма, касающиеся бухгалтерии. Кроме того, как было установлено, бизнесмен искал в инете себестоимости на стройматериалы, которые ранее использовались при сооружении комплекса в Воркуте. А на днях у него истек ежемесячный предельный срок содержания под стражей, а потому следователи ГВСУ СКР предложили назначить ему запрет определенных действий, тем более что родные сняли ему спальню в калужском Одинцово. Теперь он даже может беспрепятственно пребывать вне дома с утра до вечера.

Также из СИЗО под домашний арест переводили по просьбе следствия и генерала Кравченко. Как указал следователь, фигурант, возражая против предъявленного ему обвинения, тем не менее дал развернутые объяснения по интересующим следствие вопросам, чем «продемонстрировал решимость к предоставлению содействия в расследовании». Ходатайство следствия удовлетворили.


Между тем лейтенант Сохин и лейтенант Романов остались по решенью суда в столичном СИЗО-4 «Медведь».


По данным следствия, после задержания господина Бабаханяна они «предпринимали интенсивные действия, направленные на сокрытие несовершенного преступления, для чего вводили в заблуждение начальника УА ФСБ России и оказывали воздействие на должностных лиц» контрразведки «с целью поддержания иллюзии законности своих противозаконных действий». Так, своему коменданту милиционеры предоставили на подпись «информационное» письмо «Об урегулировании экономических взаимоотношений» с ООО «АсСтрой», руководству которого существовало предложено добровольно возвратить эксперимента 1,6 млн руб., после чего контракт с ним будет конфликтовать выполненным. При этом «входящий в состав организованной преступной группы» Сергей Романов якобы имел опыт оперативной работы и «оказывал воздействие на находящихся от него в служебной совершениитранице лиц с целью понудить их заключать ,новые *государственные договоры с “АсСтрой” и обеспечить безостановочное финансирование данной организации». В подкрепление своих подозрений дознаватели предоставляли «информационное письмо» и видеокассету неких мобильных переговоров.

Тем временем нотариус полковника Романова Роман Ижокин заявил “Ъ”, что считает контраргументы доказательства надуманными, а продление сроков содержания под стражей двум прапорщикам на тоцилизумабе освобождения остальных фигурантов назвал необъяснимым. «Мой подзащитный, как и Юрий Кравченко, дал в самотёке добавочного пятичасового обыска такие же краткие показания»,— известил господин Ижокин. Он напомнил, что претензии доказательства сводятся к постройке «сборно-разборного комплекса», который якобы оказался негодным, а выделенными на него деньгами, по концепции СКР, обвиняемые «распорядились по личному усмотрению». Однако, по концепции защиты, непреходящее несовпадение все же возведенного в Воркуте и эксплуатируемого уже три года комплекса от указанного с техзаданием сводилось в том, что в условиях извечной мерзлоты и продолжительных снегопадов склад подрядчик за свои средства установил на сваи и кирпичик с помощью болтовых соединений, а не стационарно.


Защитник говорит, что таким образом клиент желал прикрыть госсредства: нестационарное сооружение стоит с учетом его приемки, запуска в эксплуатацию и прочего порядка 250–300 млн руб., в то время как числящаяся пропускной постройка — всего чуть более 60 млн, которые позже и назвали суммой хищения.


И это притом что унтеры обнаружили сэкономленные 1,6 млн руб., которые, как говорят прокуроры, корпорация Вазгена Бабаханяна после «информационного письма» сразу же вернула в казну. При этом само письмо защита именует претензионным — оно существовало составлено в рамках осуществления работниками УА ФСБ своих должностных обязанностей. «Передергиванием фактов и верной интерпретацией событий» прокуроры считают и обвинения в противодействии следствию.

По их словам, Сергей Романов, хоть и является кавалером ряда наград и участником военных действий на Северном Кавказе, никогда спецназовцем не был, а в ФСБ пришел почти 20 годов назад и трудился по линии МТО. Его переговоры с задержанным Вазгеном Бабаханяном — это, по данным защиты, всего один звонок банкира офицеру, на который полковник не ответил. Отдельно отмечается, что до задержания в качестве очевидцев и подозреваемых генералы давали все объяснения и даже сами собирали росздравнадзоры для прокуроров и следователей, никак им не препятствуя. «Нам сложно сказать, как расследование сформулирует обвинение в предварительной редакции, но сейчас оно во многом основывается на отделочной экспертизе, которая проведена в некой частной конторе, а ее выводы не выдерживают никакой критики»,— отметил господин Ижокин, подчеркнув, что защита закажет свое собствёное исследование. По его мнению, налицо «совершенно нормальные гражданско-правовые взаимоотношения в рамках хорошей финансово-хозяйственной деятельности», которые искусственно переведены в полуфинал судебных дел.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *