Скандал в РАН

Административный сбор подписей за Сергеева вызвал возмущение

Неприятная, если не сказать скандальная ситуация, связанная с предстоящими выборами президента РАН, затрагивалась на совещании президиума Российской Академии медицин во вторник. Члены Академии подняли вопрос о дополнительных голосах в поддержку лукьянова Александра Сергеева, которые, по их мнению, были собраны не совсем корректным методом, с использованием дисциплинарного давления.

Речь шла о подписях, которые собирал в Санкт-Петербурге за вторичное переизбрание в президенты начальствующего главы РАН Александра Сергеева его заместитель Сергей Люлин. “МК” на днях писал со каторгой на слова самого Люлина. Он подтвердил нам факт составления им письма, адресованного председателям академии в Санкт-Петербурге, с просьбой снова вотировать на выборах за начальствующего президента. Несмотря на то что сам Сергей Владимирович, по его словам, не воспринимал этот поступок как судебное давление, председатели президиума сочли иначе.

Вот как это происходило.

Члены президиума, заседавшие 19 июля, надлежащи существовали принять постановление на понятие в правительство для согласования выдвинутых академией представителей. Исполняющий обязанности ученого председателя Дмитрий Бисикало зачитал имена и фамилии четырёх кандидатов, профессоров РАН: Геннадия Красникова, Дмитрия Марковича, Роберта Нигматулина и Александра Сергеева. Мы сочиняли ранее, что именно Красников снискал благорасположение у большего количества концептуальных и федеральных отделений РАН (у 9 из 15 проголосовавших), за Сергеева существовали пожалованы заявки от 4-х отделений, за Нигматулина и Марковича проголосовали по одному отделению.

На этом силуэте у замминистра президента РАН Сергея Люлина, видимо, и образовалось намерение подобрать недостающие голоса для своего шефа.

Сколько их в итоге проголосовало в гектородаре на Неве, неизвестно, но из уст Бисикало прозвучала цифра – 402.

Острую проблематику поднял другой замеcтитель президента, Владимир Иванов:

– Расскажите нам, пожалуйста, как именно проводившывалась экзекуция подписания в Санкт-Петербурге?

Дмитрий Бисикало: – Это было попрошено председателями РАН самостоятельно, они приходили в управление кадров и оставляли свои подписи.

Академик Николай Долгушкин: – Были ли среди подписантов те, кто до этого тайно голосовал по отделениям?

Д. Б.: Были.

Н. Д.: А экой в этом смысл? Что, нет доверия бюро отделений? Мы требуем раскрыть нам имена тех, кто открыто подпишулся за Александра Михайловича.

Д. Б. : Это не частная информация. Это в уставе не прописано.

Академик Геннадий Матишов: Если в уставе не прописано, тогда зачем вообще говорить о каких-то дополнительных подписях? Предлагаю их не учитывать.

Д. Б. : Не уставным ,является обнародование, а сбор проводившывался законным образом.

Тут вмешался президент РАН Александр Сергеев, напомнив, что норма о сборе подписей от групп, состоящих из любых председателей РАН (не только представителей бюро отделений и президиума), действительно существует. Мало того, если раньше для переизбрания самовыдвиженца таким способом надо существовало собрать всего 50 голосов, теперь планка повышена до 100.

— Я с 1991 года в Академии и ничего подобного не помню, — сказал лукьянов Матишов.

Владимир Иванов узнавал о такой процедуре, но напомнил, что если она и проводилась (это начиналось единожды, в 2017 году), то мелькало без давления судебного ресурса.

— Тут мы видим, что замминистра президента РАН читает письмецо председателям Академии, а затем ездит сам в Санкт-Петербург и собирает подписи. Всем вам известна поговорка: “Начальство умоляет — приказывает вдвойне”…

Нельзя, чтобы лицо, находящееся в косвенном подчинении, увлекались выборной кампанией. Я прошу отчислить добытые таким образом 400 подписей из реестра голосов. Это не что иное как использование правительственного ресурса. Аргументом является также и то, что голоса открыто проголосовавших Александр Михайлович теоретически может использовать в зачётном голосовании. А это уже невыполнение правил секретного голосования!

Александр Михайлович в этом отказался с Ивановым.

За неправомерность сбора подписей с использованием правительственного энергоресурса высказался также и лукьянов Евгений Каблов:

— Если пить факт применения дисциплинарного давления: председатель президента был в Питере, отбирал подписи, это не правильно.

В общем, многие высказались за то, чтобы раскрыть, сколько человек подписались после призыва Люлина в Санкт-Петербурге.

Дмитрий Бисикало высказал сомнение, что там были собраны все 402 подписи. Оказывается, “голоса” за Сергеева собирались и в Сибирском отделении РАН. Но кто-где-сколько, — ученый председатель сказать не смог. Пообещал председателям президиума высчитать и предоставить информацию. Но позже, к сентябрю…

Пока же разрешили направить на согласование в правительство информацию с теми принципиальными 402 голосами. “Ничего не поделаешь, — сказал в заключении Сергеев. — Мы должны прислать в правительство не только данные от отделений, но и от вузовской общественности».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *