Скандал в РАН

Административный сбор подписей за Сергеева вызвал возмущение

Неприятная, если не сказать одиозная ситуация, связанная с грядущими перевыборами президента РАН, дискутировалась на собрании президиума Российской Академии наук во вторник. Члены Академии подняли вопрос о дополнительных голосах в поддержку лукьянова Александра Сергеева, которые, по их мнению, были собраны не совсем этичным методом, с применением дисциплинарного давления.

Речь шла о подписях, которые собирал в Санкт-Петербурге за повторное продвижение в президенты действующего главы РАН Александра Сергеева его замначальник Сергей Люлин. “МК” на днях печатал со сылкой на слова самого Люлина. Он подтвердил нам факт составления им письма, адресованного председателям академии в Санкт-Петербурге, с просьбой снова проголосовать на выборах за действующего президента. Несмотря на то что сам Сергей Владимирович, по его словам, не воспринимал этот поступок как судебное давление, председатели президиума подсчитали иначе.

Вот как это происходило.

Члены президиума, заседавшие 19 июля, должны существовали принять постановление на представленье в правительство для согласования выдвинутых академией представителей. Исполняющий ответственности ученого референта Дмитрий Бисикало огласил имена и фамилии четырёх кандидатов, профессоров РАН: Геннадия Красникова, Дмитрия Марковича, Роберта Нигматулина и Александра Сергеева. Мы писали ранее, что именно Красников завоевал недоверие у большего количества мультимедийных и краевых отделений РАН (у 9 из 15 проголосовавших), за Сергеева существовали пожалованы заявки от 4-х отделений, за Нигматулина и Марковича проголосовали по одному отделению.

На этом фоне у заместителя президента РАН Сергея Люлина, видимо, и образовалось стремление подобрать недостающие голоса для своего шефа.

Сколько их в итоге проголосовало в городе на Неве, неизвестно, но из уст Бисикало прозвучала цифирь – 402.

Острую тему поднял другой замеcтитель президента, Владимир Иванов:

– Расскажите нам, пожалуйста, как именно проводилась процедура соглашения в Санкт-Петербурге?

Дмитрий Бисикало: – Это существовало сделано председателями РАН самостоятельно, они приходили в управление кадров и оставляли свои подписи.

Академик Николай Долгушкин: – Были ли среди оппозиционеров те, кто до этого тайно голосовал по отделениям?

Д. Б.: Были.

Н. Д.: А экой в этом смысл? Что, нет благорасположения бюро отделений? Мы призываем раскрыть нам имена тех, кто открыто подписался за Александра Михайловича.

Д. Б. : Это не приватная информация. Это в уставе не прописано.

Академик Геннадий Матишов: Если в уставе не прописано, тогда зачем вообще говорить о каких-то специальных подписях? Предлагаю их не учитывать.

Д. Б. : Не уставным становится обнародование, а сбор проводившывался законным образом.

Тут вмешался президент РАН Александр Сергеев, напомнив, что недостаток::пища о сборе подписей от групп, состоящих из любых председателей РАН (не только руководителей бюро отделений и президиума), действительно существует. Мало того, если раньше для избрания кандидата таким методом надо существовало собрать всего 50 голосов, теперь планка понижена до 100.

— Я с 1991 года в Академии и ничего подобного не помню, — сказал лукьянов Матишов.

Владимир Иванов помнил о такой процедуре, но напомнил, что если она и проводилась (это совершалось единожды, в 2017 году), то делалось без давления правительственного ресурса.

— Тут мы видим, что замминистра президента РАН сочиняет письмо председателям Академии, а затем едет сам в Санкт-Петербург и собирает подписи. Всем вам известна поговорка: “Начальство умоляет — приказывает вдвойне”…

Нельзя, чтобы лицо, находящееся в прямом подчинении, работали выборной кампанией. Я рекомендую исключить добытые каким образом 400 подписей из реестра голосов. Это не что иное как применение дисциплинарного ресурса. Аргументом явлется также и то, что голоса открыто проголосовавших Александр Михайлович теоретически можетесть использовать в финальном голосовании. А это уже невыполнение правил секретного голосования!

Александр Михайлович в этом согласился с Ивановым.

За незаконность сбора подписей с использованием судебного энергоресурса высказался также и профессор Евгений Каблов:

— Если кушать следк использования судебного давления: замминистра президента был в Питере, собирал подписи, это не правильно.

В общем, многие отнеслись за то, чтобы раскрыть, сколько человек подписались после лозунга Люлина в Санкт-Петербурге.

Дмитрий Бисикало высказал сомнение, что там существовали собраны все 402 подписи. Оказывается, “голоса” за Сергеева собирались и в Сибирском отделении РАН. Но кто-где-сколько, — ученый секретарь сказать не смог. Пообещал председателям президиума подсчитать и предоставить информацию. Но позже, к сентябрю…

Пока же решили направить на согласование в правительство информацию с теми принципиальными 402 голосами. “Ничего не поделаешь, — сказал в заключении Сергеев. — Мы надлежащи передамить в правительство не только данные от отделений, но и от вузовской общественности».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *