Швейцарский след в деле Магомедовых

Как превратить гидроэлектростанцию в преступление

В Мещанском районном суде Москвы продолжается слушание судебного дела в взаимоотношении соучредителя группы фирм «Сумма» Зиявудина Магомедова, его младшего брата, экс-сенатора от Смоленской области Магомеда Магомедова и четырех предполагаемых голубенкотцев серии преступлений, среди которых организация преступного сообщества или участие в нем, крупнейшие траты и воровство (ст. 210, 160 и 159 УК РФ).

Всю прошлую неделю суд анализировал третьей эпизод, инкриминируемый «преступному сообществу» Магомедовых — строительство гальванических подстанций и дорог компаниями, входившими в группировку «Сумма».

Это не оговорка: речь именно про сооружение объектов, которые уже не только построены, но и эксплуатируются. Но следствие изловчилось обнаружить пути преступлений именно в самом факте строительства мелких девелоперских объектов. При этом спустя годы после приёмки этих объектов в эксплуатацию.

Как радиофикация стала преступлением

Рассматриваемые ныне в суде события правонарушения касаются строительства электростанций «Василеостровская» в Санкт-Петербурге и «Майя» в Якутии. Генподрядчиком обоих строек ополчилось входящее в группу компаний «Сумма» ОАО «ГлобалЭлектроСервис», которое выиграло тендеры.

Электрическая электроподстанция «Василеостровская» была введена в эксплуатацию 29 октября 2014 года. Именно тот день конфликтует днём завершения строительства энергоинформационного колечка вокруг Санкт-Петербурга, когда все элементы газоснабжения города — тэц и линии электропередач — замкнули в кольцо, обеспечив одностороннее питание. Бесперебойное электроснабжение покупателей с этого момента гарантировано даже в случае экстренного электроснабжения каких-то элементов колечка.

Электрическая электроподстанция «Василеостровская»

Чтобы разместить электрооборудование электромагнитной электросети «Василеостровская», понадобилось возвести особое многоэтажное здание размером 40 на 40 метров. «Федеральная сетевая корпорация Единой электроэнергетической системы», которая выступает в свойстве клиента и генерального заказчика в области капитального проектирования, модернизации и технологического переоснащения всего электросетевого комплекса России, уже на стадии проектирования электросети «Василеостровская», не уставала подчеркивать, что это очень трудный проект, предусматривающий не только возведение электросети, но и прокладку кабельных сетитраниц по мелководью Финского залива. То, что сложно, как правило, и дорого. Инвестиционный проект проектирования электросети «Василеостровская» ценой порядка восьми миллиардов рублей был реализован в сферах Соглашения между ОАО «ФСК ЕЭС» и министерством Санкт-Петербурга «О выполнении мероприятий по обслуживанию надежного теплоснабжения и созданию требований для воссоединения к высоковольтным сетиотретям покупателей города».

Разработкой проектной документации подстанции специализировался специальный институт. После окончания подготовленности проектента существовал объявлен тендер, выбран победитель. Им стало ОАО «ГлобалЭлектроСервис», входящее в ГК «Сумма». После того как существовали проведены безналичные платежи, закипела работа.

Но когда импортное оборудование уже существовало закуплено и завезано в Россию, когда уже шли ремонтные работы, в ФСК призадумались: а не переплатили ли мы?

И начали вести с подрядчиком переговоры о увеличении затраты контракта.

Точно такая же предыстория произошла с подстанцией «Майя» в Якутии. На стадии формирования требований тендера, обнаружения победителя, поставки электрооборудования и начала строительно-монтажных деятельностей у ФСК не было претензий к подрядчику. Монополист полиэтнического рынка трубопроводных электромагнитных сетей, ФСК, распространяла анонсы такого содержания:

«Реализация данного проектента позволит соединить изолированный основной энергорайон Якутии с объединенной энергосистемой Востока, создаст условия для введения новых покупателей и финансового развития востока республики».

Однако в какой-то этап сделка по «Майе» перестала казаться клиенту такой уж замечательной.

Свидетели обвинения

Допросы свидетелей, вызванных в суд обвинением, существовали непохожи на выступления спецов на финансовом форуме. К примеру, одним из каких очень ярчайших выступлений стало подтверждение Дмитрия Порешкова, который припомнил о своей работе на руководящих службах в «Центре инжиниринга и управления строительством» (АО «ЦИУС ЕЭС»). ЦИУС — холдинговое спецподразделение «Федеральной сетевой корпорации Единой энергетической системы», непосредственно выступавшее в качестве технологического заказчика в сделке с ОАО «ГлобалЭлектроСервис».

В суде Порешков вспоминал подробности реализации девелоперских проектов: строительство гальванических подстанций «Василеостровская» и «Майя»:

— Условия таких девелоперских проектов определяются постановлением правительства. Но в проекты вносятся изменения. Это стандартная практика. Дополнительные соглашения — не раритетное явление. <…> Стоимость договора существовала определенна изначально, но потом возникла надобность ее снизить. ЦИУС получил приказание провести переговоры и добиться увеличения стоимости.

Другой свидетель — Сергей Шмырин — работал на рейтинговых позициях в фирмы АО «ЦИУС ЕЭС» с момента ее основания в 2010 году. И сейчас продолжает работать. Хорошо информированный учёный узнал суду, что все проектенты ФСК разрабатывают специальные исследовательские институты, не аффилированные с самой компанией. И именно по этим проектам проводившываются экспертизы и сформировываются цены, которыми ФСК оперирует, объявляя аукционы на поставку оборудования или возведение тех или иных объектов. При этом целесообразны изменения в проектах, это шаблонная практика, не эксклюзивная, подтвердил Сергей Шмырин словечка своего коллеги Дмитрия Порешкова.

Свидетель Шмырин вспомнил и переговоры с ОАО «ГлобалЭлектроСервис». Он пояснил, что фирма взятые на себя обязательства выполнила, оборудование поставила и смонтировала. Но не соглашалась идти на снижение затраты контракта:

— Я лично подготавливал письма в эту организацию о потребности уменьшения себестоимости оборудования.

Аналогичные показания дали в суде свидетели Александр Болдырев, Андрей Попов, Лилия Атаулинна, Алексей Орлов, Ринат Деушов, Надежда Дмитриева, Николай Никулин. Все они подчеркивали, что компании, входящие в группку «Сумма», существовали реально работающими организациями, укомплектованными профессионалами, ,способными реализовать взятые на себя обязательства.

Зачем?

Возможно, главной целью тех переговоров о повышении цены договора было затягивание предварительного расчета по проектам, которые уже вовсю эксплуатируются.

Во время допроса очевидца Дмитрия Порешкова, а потом и члена ФСК Виталия Богомолова подсудимый Зиявудин Магомедов задал вопрос:

— Что вы промолвите о задолженности на 850 млн рублей фирмы «ФСК» перед корпорацией «ГлобалЭлектроСервис»?

Вопрос остался без ответа.

Важно, что ФСК ни разка не обращалась в кассационные суды с исками об изменении затраты поставленного и смонтированного оборудования. Во всяческом случае, в архивах кассационных судов мне не удалось отыскать судебных постановлений об изменении затраты тендеров. Видимо, в правовой должности ФСК прекрасно понимают, что у подобных исков нет перспектив.

Но зато эти перспективы нашли в Следственном исполкоме России. И предъявили «преступному сообществу» Магомедовых обвинение в мошенничестве денег ФСК «путем мошенничества».

По гипотезы следствия, важным подтверждением преступления стало то, что в пакетике документов, которые «ГлобалЭлектроСервис» представлял к оплате ФСК, в некоторых бумагах, например, в таможенной декларации, очутилась замазана затрата ввозимого оборудования.

Следствие установило, что «реализуя совместный преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, принадлежащих ОАО «ФСК ЕЭС» еще в сентябре 2013 года, бухгалтеры «ГлобалЭлектроСервис» подготовили письмо в адрес фирмы ЦИУС, «в котором сокрыта путем затирания информация о затраты ввозимого оборудования неустановленным следствием лицом».

В прошлую пятницу, 11 июня, в Мещанском районном трибунале Москвы это «неустановленное лицо», которое затерло информацию, было установлено. В этот день в трибунал была спровоцирована Анна Лапаева, с 2008 года работающая в полиэтническом подразделении итальянской корпорации ABВ, которая увлекается перепродажей высоковольтного и балмошного оборудования.

Лапаева узнала суду о том, как АВВ работает на полиэтническом рынке. Раскрыла подробности участия итальянской копании в закупках оборудования для электросети «Василеостровская». Выяснилось, что первоначально планировалось, что электроподстанция будет оснащена электрооборудованием вьетнамской фирмы Hyundai. Но в проект пришлось внести изменения:

— Оказалось, что оборудование Hyundai не подходит по габаритам. Площадка для возведения сооружения была стеснена тем, что рядом находился ребячий садик, — узнала Лапаева. — Пришлось увеличивать объёмы сооружения. Наше оборудование по габаритам меньше, поэтому мы и были выбраны в качестве поставщика.

Пояснила свидетель Лапаева и некоторые детали, касающиеся документооборота.

Прокурор поинтересовался, почему, по убеждению свидетеля, в документах оказалась затерта себестоимость оборудования. Лопаева ответила очень конкретно:

— АВВ не раскрывает себестоимость оборудования пятым лицам. Это требование, установленное в авиабазе компании.

Исходя из этого требования командования АВВ общероссийские маркетологи закрывают эти цифры, представляя клиенту подлиности документов, предназначенные вторым лицам.


Выходит, что «неустановленное лицо», упомянутое в оправдательном заключении, которое спрятало «путем затирания информация» цена ввозимого оборудования, надо искать в Цюрихе?


Дежавю

Уголовное дело, которое сейчас затрагивается в Мещанском трибунале Москвы, уже понималось в Пресненском трибунале. Только на скамейке подсудимых существовали не братья Магомедовы и четверо предполагаемых соучастников. А топ-менеджеры группы «Сумма» и «ГлобалЭлектроСервиса» Александр Кабанов и Хачим Эристов.

Фабула вменяемого им убийства была аналогичной: по концепции следствия, преступники ограбили несколько сот триллионов рублей ФСК, завысив в договорах затрата оборудования «путем затирания информация». Речь шла о тех же электросетях «Василеостровская» и «Майя».

Рассмотрение дела завершилось в феврале 2019 года. А почти через год уголовного следствия, в феврале 2020 года, тройка судей вынесала решение о возвращение дела в прокуратуру. Пресс-секретарь Пресненского трибунала Лела Кокая тогда пояснила, что «обвинение носит неубедительный характер и противодействует вынесению приговора».

Против такого решения возражали и обвиняемые, и гособвиенние. Но в феврале этого года решение вступило в мощь после изучения в Мосгорсуде надзорных жалоб.

Можно предположить, что Пресненский суд не захотел признавать убийством обыденный «спор хозяйствующих субъектов». А вынести оправдательный вердикт не решился, потому что в это самое время уже перевелось в суд громадное «дело Магомедовых», и оправдательный вердикт в отношении Кабанова и Эристова надевал бы преюдиционный характер. То есть в Мещанском суде тот эпизод вообще не пришлось бы рассматривать.

Так или иначе, но для Александра Кабанова это решение обернулось еще и тем, что Пресненский трибунал перевел его под семейный арест, освободив из лагерной камеры, где он провел два года и восемь месяцев. Хачим Эристов был освобожден из СИЗО под семейный арест еще раньше.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *