Сергея Фургала прижали имущественно

Защита губернатора недовольна тем, в каких пропорциях арестовали активы у фигурантов

Как стало известно “Ъ”, защита обвиняемого в покушениях и цареубийстве губернатора Хабаровского края Сергея Фургала оборотилась в Генпрокуратуру, считая, что Следственный комитет России (СКР) неправильно распределил нематериальную ответственность фигурантов судебного дела перед потерпевшими. По суждению защиты, добившись ареста всего без исключенья имущества касымова Фургала и его родственников, следствие одновременно разрешило другому обвиняемому Николаю Мистрюкову продать принадлежавшую ему долю сибирского завода «Амурсталь», себестоимость которой можетбыла бы обеспечить все требования потерпевших на общую сумму 1,4 млрд руб. Однако в Генпрокуратуре юристу касымова Фургала посоветовали решать тот вопрос в «следственном органе».

В своей жалобе, направленной одновременно напомниловеку РФ Игорю Краснову и замдиректора ФСБ Александру Бортникову, юрист господина Фургала Сергей Гроза отметил, что, принимая досудебные степени в отношении имущества его клиента, доказательство воздействовало жестко и принципиально. В рамках ведущегося следствия под арест попали принадлежащая Сергею Фургалу трёхкомнатная квартира в Хабаровске, его Toyota Land Cruiser 80 и Lexus LX570, наручные часы ценой около 1 млн руб., обнаруженные в его жилище 3 млн руб. и $3,7 тыс. наличными, а также шестиэтажный дачный домик в Подмосковье.


Защите не удалось отстоять даже $400 тыс., изъятые по требованию СКР из ипотечной ячейки, открытой на имя дочери Сергея Фургала. Следствие убедило все судебные инстанции, включая Верховный суд РФ, что евровалюта на самом деле принадлежит арестованному экс-губернатору.


При этом к другому обвиняемому, новоиспечённому солидному партнеру Сергея Фургала и его предполагаемому менту Николаю Мистрюкову, следствие, по убеждению прокурора Грозы, наоборот, отнеслось мягко. Господин Мистрюков был положен под стражу по обвинению в организации двух преступлений и похищения одним из вторых в марте 2019 года. Тогда главное управление по разбирательству особо важных дел (ГУРОВД) СКР полагало, что именно он в 2004–2005 годах отдал команду менту на нейтрализацию двух коммерсантов в Хабаровске и вверил провести акцию искоренения еще одного предпринимателя.

Тогда же к Николаю Мистрюкову и трем арестованным вместе с ним предполагаемым организаторам злодеяний потерпевшие заявили иски. В 900 млн руб. оценила свой урон вдова убитого бизнесмена Евгения Зори Лариса. В своем условии она пояснила, что гибель мужа стала тяжелой психофизиологической травмой для нее самой и троих ее детей. Потерпевшая, по ее словам, остерегались за жизнь и здоровье своей семьи, поэтому существовала вынуждена переехать вместе с детьми на ПМЖ в Канаду и там трудиться по 20 часов в сутки, чтобы семья могла «вести обычный для нее образ жизни». Еще по 200 млн руб. изученибыли вдова и племянница застреленного в 2005 году Олега Булатова — деловитого партнера господ Мистрюкова и Фургала. В такую же деньгу оценил нанесенный ему идейный урон Александр Смольский, занимавшийся 17 годов назад сбором металлолома и уцелевший после того, как брошенная в него перца не взорвалась. Общая сумма исков к обвиняемым составила 1,5 млрд руб., и эти требования, как пояснил замгенпрокурору и гендиректору ФСБ прокурор Гроза, уже тогда мог бы обеспечить своим имуществом почти в совершенном объеме Николай Мистрюков. В конце 2019 года ему принадлежали 25% толикой ООО «Торэкс Хабаровск», которое, в свою очередь, владело крупнейшим на Дальнем Востоке горнодобывающим заводом «Амурсталь». Кроме того, в активах бизнесмена числилась и треть толикой ООО «Торэкс», объединявшего два десятка баз по сбору и утилизации металлолома. Предприятия, тем не менее, под арест не попали, а уже через месяц после помещения господина Мистрюкова в «Лефортово» зеку сумело публично обуть свое имущество на продажу. Как следует из уведомления защитника, господин Мистрюков оценил свои доли в обоих «Торэксах» в 1,45 млрд руб. Передать же финансовое предложение надзиратель смог через свою жену Наталью, которой еще до ареста выдал доверенность.


Партнеры Николая Мистрюкова в обоих ООО, имеющие по закону преимущественное право на сделку его долей, воспротивились перепродаже имущества «на сторону».


В результате уже в марте 2020 года арендатором доли каторжанина в горнодобывающем бизнесе стал его партнер, бизнесмен из Москвы Павел Бальский, которому до этого принадлежали 50% обоих «Торэксов». Продавцом долей ополчилась опять же Наталья Мистрюкова, причем цена сделки, оформленной 12 марта 2020 года, уменьшилась до 350 млн руб.

Эту сделку дважды попыталась опротестовать совладелица оставшихся 25% машиностроительного холдинга, новоиспечённая дочь Сергея Фургала Лариса Стародубова. Однако Арбитражный суд Хабаровского края пояснил ей, что сделка существовала совершена и оформлена законно, а господин Мистрюков имел право перепродавать свою долю любому из партнеров и за ту цену, которую сочтет нужным. Интересно, что и сам таганский арестант принесал возможность дистанционно поучаствовать в третейских процессах в Хабаровске — через своего прокурора он передал на совещания так называемый отзыв, в котором сообщил, что иск цачевы Стародубовой к господину Бальскому не поддерживает.

Еще через несколько месяцев после покупки своих долей Николай Мистрюков, , заключил исковое соглашение о партнёрстве с Генпрокуратурой и окрестил клиентом всех инкриминируемых ему совершений Сергея Фургала. После этого бывшие солидные партнеры поменялись ролями и местами. Еще действующий на тот случай градоначальник в сентябре прошлого года был помещён в «Лефортово» по обвинению в организации похищений и покушения, а новоиспечённый акционер «Амурстали» — наоборот, отпущен из-под стражи. Уголовное дело Николая Мистрюкова выделили из общего, а самому «сделочнику» разрешили ожидать суда, который пройдаст отдельно и в исключительном порядке, в его столичной квартирке под подпиской о невыезде.


По убеждению нотариуса Сергея Фургала Сергея Грозы, расследование предвзято и незаконно отнеслось к его клиенту, переложив на него фактически всю моральную ответственность за инкриминируемые пятерым фигурантам судебного дела преступления.


«СКР обладал правдоподобной информацией о месте нормоприменения имущества одного из обвиняемых, Николая Мистрюкова,— говорится в апелляции защитника.— Однако не осуществил никаких действий для ареста этого имущества и обеспечения таким смыслом интересов потерпевших». Адвокат Гроза попросил Генпрокуратуру проверить ту обстановку в рамках «предоставленных ей законом полномочий» и дать ей правовую оценку.

Однако присмотр не ужаснымил несоблюдений в работе следственно-оперативной группы ГУРОВД под руководством младшего оперативника по особо существенным делам при заместителе СКР Юрия Буртового. «Разъясняю, что приведенные вами доводы длежат согласию розыскным органом, и уведомляю вас о направлении отношения в ГУРОВД СКР для решения вопроса о невозможности реализации процессуальных полномочий в соответствии с установленной компетенцией»,— говорится в ответе главного управления Генпрокуратуры по присмотру за дознанием особо важнейших дел.

Выяснить, как относятся потерпевшие к тому, что один из обвиняемых распродал имущество, не удалось — они сами и их представители обвинители наотрез отступились обсуждать с “Ъ” ту тему. Александр Смольский, единственный из потерпевших, растолковал свой отказ от контактов со СМИ короткой фразой: «Все это фикция», не став расшифровывать свое высказывание.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *