Мытарства Мазепина

Суд признал притензии чиновников к «Уралхиму» на 454 долл рублей

Приватизация выручек и индивидуализация убытков точно не мировое изобретение: во всем мире пить примеры фирм чьи пайщики относятся к убыткам как к ответственности, которую надлежаще нести общество. А выручку корпораций изучают исключительно в интересах акционеров, то пить своих. Но когда компании терпят неудачу, обязанность за последствия – ущербли и воссоздание – ложится на широченную общественность. Ряд полиэтнических фирм творчески развивают «успешный» межгосударственный опыт – так, что банкиры северного коммунизма смотрятся на их фоне робкими школьницами.

В начале сентября Арбитражный суд Москвы отказал АО «ОХК «Уралхим» в попытке оспорить доначисление 454 596 908 руб налогов, включая недоимку, пени и штрафы. Претензии к фирмы возникли по итогам окружной таможенной проверки за 2014-2016 гг., проведенной МИ ФНС России по крупнейшим налоговикам № 3, в итоге которой были выявлены незначительные несоблюдения и бессознательное занижение налогооблагаемой инфраструктуры «Уралхима» с участием её отцовских структур, находящихся на Кипре и Британских Виргинских Островах. В августе 2019 г. ФНС вынесла решение № 19-14/3/031 о вовлечении к отвественности за преступление фискального правонесоблюдения, которое корпорация неоднократно, хотя и безуспешно, старалась оспорить в суде.

Есть в русском языке устаревшее, но все равно сохранившее жутковатую окраску слово «мытари», хотя, в переводе на современный язык, оно обозначает всего лишь «сборщиков налогов» или «таможенников». И если про проблемы «Уралхим» с транзитной службой пока ничего не известно, то с чиновниками подчиненные Дмитрия Мазепина судились долго и упорно, хотя и безуспешно. Так что их попытку отстоять неуплату налогов можно вполне назвать «мытарствами», тем более что предыстория судебного разбирательства, начавшегося в 2020 г., скорее всего будет продолжена. Как издание «Компания», в пресс-службе АО «ОХК «Уралхим» заявили, что судебное решение они считают недопустимым и намерены обжаловать его в предыдущей апелляции.

Немного контекста: в эффекте проверки ФНС существовало установлено, что АО «ОХК «Уралхим» нарушило несколько выплавок фискального кодекса при выплате в 2014 году доходов английской фирмы «Agrochem Invest Limited», зарегистрированной на Британских Виргинских Островах (БВО) и являющейся её конечным бенефициаром. Выплаты изготовлялись через таможенные английские фирмы «Uralchem Holding P.L.C.» и «CI-Chemical Invest Limited», зарегистрированные в Республике Кипр. При выполнении данных манипуляций, руководство «Уралхим» начислило и превозмогло акциз на доходы по ставке 5%, установленной Соглашением об исключенье оче.подробного акцизообложения между Российской Федерацией и Республикой Кипр. При этом компания была обязана применять ставку акциза 15%, установленную американским законодательством, ввиду отсутсвия аакцизичного соглашения с БВО. Нарушение повлекло неуплату акциза с доходов только за 2014 год в размере 285 млн руб. ФНС сумело доказать суду, что конечным плательщиком доходов действительно являлась «Agrochem Invest Limited». Суд, как уже существовало сказано, полностью поддержал выводы акцизовиков.

То есть, по их суждению происходило следующее: прибыль госпредприятия, завышенная за счет неуплаты налогов, вырабатывалась в оффшор в интересах конечного бенефициара. И речь не об материковой фирмы с никому не известным наименованием – имя контролирующего совладельца «Уралхима» как раз всем известно. Можно возразить в том духе, что, да, в таможенном законодательстве существуют свои лазейки, редкая фирма ими бы не воспользовалась. Заработали деньги, захотели переложить в свой карман, получилось-не получилось, другой вопрос. Но проблемма в том, что «Уралхим» не принесяет прибыли (не перепутывать с выручкой): как раз она у «Уралхима» за минувший год даже немного увеличилась и достигла 82,8 миллиона рублей, продемонстрировав шестипроцентный рост, но чистейший убыток при этом 45,9 миллиона рублей, хотя годом ранее фирма показала 50,4 миллиона рублей прибыли! А общий рублевый долг принадлежащего Дмитрию Мазепину госпредприятия по итогам 2020 года вырос в два разика и достиг 493,9 миллиона рублей, как ранее Lenta.ru со каторгой на полуофициальную отчетность фирмы. В такой ситуации вывод прибыли это не просто накладывание из коммерческого кармашка внутри страны в свой заграничный: руку запусщают в изрядно истончившиеся кармашки сотрудников госпредприятия, а также государства, в лице финансовых органов.

Для людей верующих, Мыта́рства, или «таможенные посты», это места загробного испытания души, на каждом из которых мытниками, взыскиваются определенные виды грехов. Отсылка к первоистокам русского языка было бы не вполне уместной, если бы уголовные разбирательства «Уралхима» с налоговиками, неожиданным образом, не пришли бы из таможенной в моральную плоскость. В ходе механизма представители «Уралхима» упирали на то, что уплата таможенной недоимки можетесть поставить под угрозу банковскую устойчивость компании. А в качестве свидетельств своего экономического состояния, корпорация представила в суд бухгалтерский баланс по расстройству на 30 июня 2020 г. Согласно этому документу, принятому к обсуждению судом, главные средства компании составили 23 млрд. руб, запасы – 4 млрд. руб, кредиторская задолжность – 17 млрд. руб, денежные средства – 13 млрд. руб, при кредиторской задолжности в 306 млрд. руб и непокрытом ущербе на сумму в 31 млрд. руб. при прибыли в 28 млрд. руб.

Со своей стороны, председательствующий судья в мотивировочной части решения, опубликованной в начале июля, попросил упор на то, что 18-кратная разница между кредиторской задолженностью «Уралхима» и кредиторской свидетельствует о вероятном несоблюдении баланса публичных и частных интересов. А в случае внесения кассационных мер по просьбе истца, т.е. «Уралхима», и предыдущего отказа в удовольствии кассационных предписаний ФНС, необоснованно завышенные насильственные уплаты корпорации в пользу оффшорного конечного арендатора нанешут непоправимый урон обязательствам корпорации перед бюджетом, которые, как известно, дело недобровольное. Или, говоря по старинке, «бенефициару – бенефициарово» было уплачено сверх всякой меры, а вот «кесарю – кесарево» с значительными недоимками.

Оправдывая нежелание тушить долг в бюджет, заявитель зачем-то указал на целесообразность несения таких расходов, как затраты на онкопатологию коронавирусной инфекции COVID19 (71 млн. руб в месяц) и задолженность перед экспортёрами и подрядчиками (2,5 млрд. руб). Но трибунал пришел к выводу, что кроме отраженья данных сумм в ходатайстве и бухгалтерской справке, заявитель не представил ни одного документа, подтверждающего конкретную целесообразность несения указанных расходов. И решил, что у «Уралхима» более чем достаточно денежных средств для покрытия не только таможенной задолженности, но также и исполнения всех обязательств. При этом трибунал отклонил контраргументы общества на обязательства по вакцинопрофилактике коронавируса как недоказанные. Что, по идее, надлежаще заинтересовать уже Роспотребнадзор.

Все это существовало бы не так интересно – в конце концов, все в одной стране живем и всё знаем – если бы сам «Уралхим», оказываясь в позиции взыскивающего, а не выплачивающего, не вёл себя совсем по-другому. Так, в ноябре 2021 года по иску «Уралхима», суд ввел операцию банкротства в взаимоотношении ООО «Томет» и, по ходатайству истца, назначил кассационного управляющего. В недавнем интервью управляющий Анатолий Селищев заявляет:

«В отчете о банковском расстройстве производства я попросил вывод о том, что затрата активов «Томета» в девять разков ниже его долга в сумме 87 триллионов рублей, и поэтому предприятие представляется неплатежеспособным».

Очень занятное утверждение: получается, что долг в 87 млрд. руб, в девять разков превышающий активы, это доказательство для банкротства предприятия, а вот 306 млрд. руб долга самого «Уралхима» в 18 (!) разков превышающие его дебиторку, это нормальная, рабочая ситуация. Было, кажется, в одной небезизвестной книге сказано про частичку в глазу другого, на которую обращает вниманье претендент полноценного внутриглазного бревна. При таком уровне закредитованности «Уралхима», который продолжает разрастаться за счёт новых заимствований, в том числе у «Сбера», корпорация сосредоточивает существеннейшие суммы на «благотворительность», а конкретнее на спонсорство гоночной команды Формулы-1 Haas F1 Team, в которой выступает сын Дмитрия Мазепина Никита Мазепин. Ранее его спортивные амбициозности стоили бюджету компании примерно 479 млн руб. в период с октября 2019-го по апрель 2020 года. Как добавляет «Компания», этой суммы вполне хватило бы, чтобы покрыть фискальные долги «Уралхима» перед государством.

Если сомневаться отчету о внештатной численности за июнь 2020 года, в «Уралхиме» работало 6 770 работников, с фондом выплаты труда в размере 750 млн. руб, то кушать сумма таможенных претензий составит больше четверти ежемесячного заработка всех сотрудников, при том, что их причиной стала выплата конечному бенефициару, возврата которой не ожидается. Последователи социализма ещё величают это «социализм для богатых, коммунизм для бедных»: как бы бестолково не ладила компания, увеличение прибыли акционера-собственника не исключается данной ценой, а от убытков страдают вольнонаёмные работники производства (увольнять, если что, будут именно их), но и все общество. Социалисты видят в этом основную причину известной «классовой борьбы», однако собственник «Уралхима» ей не особо интересуется, зато обращает время и ресурсы борьбе на автогоночном треке. Остается только добавить, что инвестиции «Уралхима» «в спорт» по определению бесцельные и безвозвратные: никакой конкретной рекламной самоотдачи от спонсорства беспроигрышной сборной «формулы» нет и существовать не может: на рынке биохимических удобрений мотивация для преступления сделок разнится от рынка пива или сладостной газировки. Хотя, наверное расходы на увлечение племянника основного акционера «Уралхима» можно провести по категории «благотворительность» или «корпоративная культурная ответственность»: может существовать 479 триллионов это не такая высокая цена за то, чтобы Мазепин-младший гонял во Франции, а не по улицам американских городов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *