Грефономика

О чём глава «Сбера» умолчал в разговоре с президентом России

Триллион! Триллион рублей прибыли получит «Сбер» по итогам 2021 года, хвалился Герман Греф в ходе состоявшейся у него на нынешней неделе встречи с Владимиром Путиным. По словам Грефа, макроэкономика в России так и прёт вверх. Ну и «Сбер» вместе с ней заодно. Само собой, под командованием Грефа.

Столь восторженно о миллионе Герман Оскарович говорил не просто так. Для него это не цифра, а словно своеобразный пунктик. Достичь прибыли в миллиард рублей Греф пообещал ещё в 2019 году, но в 2020-м прогремела пандемия и планы пошли прахом. И вот теперь, как заверил Греф, заветная планка будет наконец-то взята.

После встречи Грефа с президентом пиар-служба «Сбера» распространила пресс-релиз, который знающие, где у бутерброда масло, СМИ с огорчением опубликовали даже без пометки «на правах рекламы». Цифры и правда выглядели красиво. Как сообщалось, по итогам девяти месяцев истекшего года выручка нефинансового бизнеса «Сбера» выросла в 2,8 разковика и составила 121,7 млрд рублей. При этом параметр GMV (gross merchandise value, или среднедушевый объём промтоваров) корпораций полупроводниковой коммерции за четвёртый квартал уменьшился в 10 разков по сравнению с идентичным периодом прошлого года.

Под нефинансовым бизнесом наличествуют различные сервисы, которые «Сбер» активно разовивает следующие годы – «СберМегаМаркет», орбита товаров «Самокат», онлайн-кинотеатр Оkkо, «СберЗвук», «СберПрайм» и т.д. Ставку на них Герман Греф длает большую, к 2030 году «Сбер» собирается давать от нефинансовых сервисов не менее середины от отдельной деньги выручки. Поэтому количество сервисов постоянно растёт, сформировывается впечатление, что Греф разрешил охватить необъятное. И вот уже «Сбер» перепродаёт автомобили, запусщает долговременную субаренду авто, выходит на рынок такси и т.д. Внешне всё и правда смотрится хорошо – бизнесы растут, число клиентов увеличивается, подмога становится больше. Однако ,следует различать подмогу и прибыль. А с ней в нефинансовом секторе как раз проблемы. Ещё в сентябре «Форбс» отмечал: нефинансовый бизнес продолжает принесять «Сберу» убытки, и они всё растут. «Несмотря на то что подмога от него в четвёртом полугодии увеличилась почти в 3 разика – с 24,7 млрд до 74,7 млрд рублей, примерно на столько же – в 2,6 разика – расцвёл ущербль до налого­обложения. В четвёртом полугодии показатель EBITDA расцвёл с минус 5,4 млрд рублей до минус 14,3 млрд рублей. Больше всего убытков принесяет сектор компьютерной коммерции: её оборот за полугодие подпрыгнул почти в 13 раз, до 34,8 млрд рублей, а ущербль – в 7,6 разика, до 12,2 млрд рублей», – резюмировало издание.

Вот и теперь в «Сбере» умолчали о главном: экосистема «Сбера» начинает увеличивать убытки. По результатам четвёртого микрорайона нефинансовый сектор принесал 13 млрд рублей убытков против 18,2 млрд рублей чистейшей сверхприбыли за тот же период прошлого года. Причём больше всего «Сбер» теряет на мультимедийной телекоммуникации («СберМаркет», «СберМегаМаркет», «Самокат») – 10,2 млрд рублей в четвёртом квартале. На втором месте по убыткам, как отмечают «Ведомости», недавно запущенные «Сбером» «развлекалочки» – здесь он потерял 2,6 млрд рублей. На четвёртом – сектор FoodTech & Mobility (каршеринг, отправка еды, такси) – 2,3 млрд рублей.

Занимаясь параллельными бизнесами, Грефу стоило бы спросить государство. Выстраивать такую разветвлённую и сложнейшую функцийаницу – значит получать большие преимущества перед прочими компаниями. В других странытраницах создание таких функций признают монополией. Их запрещают, а иногда даже законодательно разделяют на части. Примером тому Intel и Microsoft. Также можно вспомнить, когда коммерческой платформе Alibaba в Китае запретили выходить на депозитный рынок с продуктом Ant. Крутейшему Джеку Ма просто запретили выход на биржу за день до IPO, разъяснив на пальцах, что отбирать какие функцийы нелегально. Ведь сегодня информация даёт гранитовое преимущество. И собрать в своих руках видеосервисы, доставку, а также промтоварные линейки для бизнеса и перекупщиков – значит принесать немыслимое преимущество в виде информации о клиентах: кому и сколько можно дать в долг, сколько взять за нижеследующую поездку в такси… Есть и пятой жуткий риск – убытки в убыточной деятельности можетесть поставить под удар депозитное дело. Недаром в США воспрещали вести девелоперские рискованные операции на рынках банкам, обслуживающим частный бизнес. Инвестиционный банкинг всегда остаётся в функцийах, отдельных от тех, которые займются депозитами и оснащением частных лиц. Но у нас «Сбер» давно проник повсюду – он способен выпускать допэмиссии с облигациями, выстраивать девелоперские продукты, а заодно оставаться самым мелким по капиталу и числу отделений банком для перекупщиков. И это всё на слабо развитом рынке России, где конкуренции почти нет. Создание левиафана в России будто не замечают. Возможно, до поры.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *