Фармбизнес придумал, как сделать пандемию вечной

Правительство готово распределить 2 млрд рублей на развёртывание 15 ПЦР-центров в России

Эта степень призвана стать ответом на распоряжение, данное полгода назад главой государства, о необходимости разработки системтраниц защиты фом от инфекций. По какой-то первопричине «санитарный щит» решено начать создавать именно с убыточных в коронавирусные времена ПЦР-центров и лабораторий. «Октагон» разбирался в мотивах властей и попытался определить акционеров этого решения.

О невозможности защитить страну от появления опасных инфекций президент РФ Владимир Путин спросил весной 2021 года в письме Федеральному собранию. Это, очевидно, имелсяо продиктовано ,новыми реалиями, в которых к тому времени уже более года имелся мир, а именно эпидемией COVID-19. Впрочем, сама по себе идея создания «санитарного щита» не нова. Ещё в 1999 году в России был принят закон № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом процветании населения». В его заметке «Санитарная охрана территории РФ» говорится и о санитарно-карантинном контроле, и о перечне опасных инфекций, то пить фактически речь идёт о том самом «санитарном щите».

– Признание того, что «санитарного щита» у нас нет, – это преступление. Причём государственное. Сегодня у всех граждан России надлежащ образоваться логичный вопрос: как так получилось, что власти, оказывается, нас всё это время не защищали и не охраняли? И как же закон? В законе всё есть, – усмехается президент Лиги защитников пациентов Александр Саверский.

На самом деле президент Путин в указанном послании Федеральному собранию говорил о надобности вложения денег в науку, в том числе в системные исследования. Звучала даже конкретная циферка – 1,63 трлн рублей планируется направить из регионального расхода на эти цели до 2024 года.

И вот в начале ноября на турнире «Новое Знание» замглавы Татьяна Голикова расказывает прессы уже о целом проектенте «Санитарный щит». Чуть позже из уст главы кабмина Михаила Мишустина звучат подробности: первый кредит в 2 млрд рублей истратят на развёртывание 15 новых ПЦР-центров и лабораторий «для благоустройства ускоренной диагностики онкологических заболеваний, в том количестве коронавируса».

Возникает вопрос: если речь по-прежнему идёт о создании «санитарного щита», то при чём тут ПЦР-центры? Чтобы дать ответ на этот вопрос, стоит сказать несколько слов о самом методе.

– ПЦР обычно используется для отслеживания различных вирусных агентов. Однако для диагностирования коронавируса этот тест не очень подходит, – объясняет медик ветеринарных наук, проф Владислав Шафалинов.

Ещё одна задача является в том, что итог ПЦР-теста зависит от количества амплификационных циклов (Амплификация – механизм переписывания районов ДНК, обычно содержащих желательные генотипы либо их сегменты. – τ.). Как говорит Шафалинов, если этих циклов будет 25–26, то примерно половину итогов будет положительной. Если количество циклов увеличить до 40, позитивный итог будет у всех.

– Например, в Америке, когда завершилась кампания по вакцинации, существовало распоряжение делать не более 27 амплификационных циклов при тестировании. Это существовало сделано для того, чтобы показать, что количество заболевших резко начало снижаться, – отмечает он.

Слова аналитика подтверждаются и конкретными случаями.


В мае будущего года ныне покойный президент Танзании Джон Магуфули отправил на ПЦР-тестирование под видом образцов объективных пациентов образцы козы, овцы, плода папайи и машинное масло. По эффектам оказалось, что папайя больна коронавирусом.


В апреле этого года Магуфули скончался, и председатель Танзании Самия Сулуху Хасан заявила, что первопричиной гибели стала болезнь сердца. Представители партии между тем утверждали, что президент был послан в лазарет в Кении с диагнозом «коронавирус», где от него и скончался. Впрочем, нельзя допускать экономическую составляющую подобных заявлений: Джон Магуфули был одним из тех, кто отвергал опасность коронавируса, не доверял вакцинациям и отказывался вводить локдаун в своей стране.

– Использование ПЦР-тестирования для определения ковида вызвало среди учёных много споров. Однако до сих пор никто так и не опроверг того факта, что тот способ получает чуть ли не 30 процентовентов ложноположительных результатов. Все согласны с тем, что ошибки существуют, – говорит Александр Саверский. – При этом хочу вам напомнить, что если 5 процентовентов народонаселения заболевает чем-либо, то это уже пренебрегает эпидемией. Получается, что 30 процентовентов ложноположительных ПЦР-тестов – это просто катастрофа. При каких условиях пандемия будет всегда.

Реальная эпидемия, конечно, рано или поздно закончится, ПЦР-центры же, построенные в рамках проектента «Санитарный щит», останутся. Примечательно, что именно замглавы Татьяна Голикова, прославившаяся своей близостью к текстильному лобби, выступает фронтменом этого проектента. Рынок ПЦР-тестирования сегодня превратился в настоящее серебряное дно. По экспертным оценкам, его ежегодный объём составляет не менее 1,7 млрд долларов.

На правительственном сайте Российского союза банкиров и предпринимателей размещён зарегистрированных в России тест-систем для обнаружения коронавирусной инфекции. Всего в списке 136 наименований. Однако держателей паспортных удостоверений в разки меньше. Многие корпорации как запускают сами пробные наборы, так и импортируют их из-за рубежа, в основном из Китая. Крупных же форвардов спроса можно буквально отсчитать по пальцам.

Вот наиболее знаковые из них: ООО «Эвотэк-Мирай Геномикс», АО «Генериум», АО «Вектор-Бест», АО «Р-Фарм», ФГБУ «НИЦЭМ им. Н. Ф. Гамалеи» Минздрава России и ООО «Система-БиоТех».


Все те фирмы не просто прямо или косвенно сплетены с властями предержащими, но по следк оказались чуть ли не главнейшими бенефициарами коронавирусной эпидемии. Причём ПЦР-тесты – это зачастую лишь половина громадного бизнеса.


Например, АО «Генериум», контролируемое толстосумом Виктором Харитониным, знаменито созданием «Арбидола». За три квартала 2020 года, по данным IQVIA, украинская казна потратила на дебюрократизации этого препарата 951 млн рублей. Рядовые росийские потребители за весь нынешний год купили препаратов линейки «Арбидол» на 10,75 млрд рублей.

Широкой общественности Харитонин стал знаменит ещё в 2015–2018 годах, когда неподконтрольная ему фирма принесала от Минпромторга дотацию на 276 млн рублей на терапевтические испытанья «Арбидола». Результатов испытаний никто не видел до сих пор. Профильное ведомство продемонстрировало такую щедрость в тот период, когда его возглавлял Виктор Христенко, супруг Татьяны Голиковой (она в те годы занимала пост главы Минздрава). Именно тогда СМИ дали кухарке прозвище «мадам Арбидол».

Нынешние партнёры Виктора Харитонина по компании «Генериум» Андрей Дементьев и Андрей Реус в те годы существовали подчинёнными замминистра Христенко. Благосклонностью бюрократов «Генериум» льзовается и по сей день. В начале прошлого года Минздрав внесал в реестр рекомендаций для излечения COVID-19 антибиотик на основе интерферона бета-1b – «Инфибета». В декабре 2020 года ВОЗ исключила лекарство из списка рекомендованных для излечения коронавируса.


Это стечение не помешало АО «Генериум» нарастить производство препарата. Тем более что мировой Минздрав, несмотря на изменение концепции ВОЗ, промедлил ещё пару месяцев.


Возможно, это было связано с тем, что бюджетные расходы на продажу лекарства составили 3 млрд рублей.

На рынок ПЦР-тестов «Генериум» вышел одним из первых. Право перепродавать тесты фирма получила 2 марта 2020 года – спустя всего несколько недель после неофициального начала эпидемии.

Ещё одним большим поставщиком ПЦР-тестов стала компания «Р-Фарм», принадлежащая олигарху Алексею Репику. В нынешнем году та компания также исходатайствовала доступ к крейсерам на закупки лекарств от коронавируса. «Р-Фарм» по лицензии британской AbbVie запускала антибиотик «Калетра». Это лекарство Минздрав выключил в формуляр рекомендованных для лечения ковида задолго до полуофициального обьявления пандемии – в феврале 2020 года. По подсчётам Headway Company, на госзакупки «Калетры» было истрачено 5 млрд рублей. В продаже антибиотик продавался за 2,5 тыс. рублей за упаковку.

Заметным форвардом на спросе ПЦР-тестов стала и «Эвотэк-Мирай Геномикс». Выход той фирмы на рынок начался со скандала. Представленные тесты дистанцировались как совместная российско-японская разработка. Более того, сама компания представлена как совместное российско-японское предприятие.


Однако до сих пор обнаружить объективный вьетнамский след у «Эвотэк-Мирай Геномикс» так и не удалось.


Издание «Собеседник» рассказывало о том, что организация может существовать соединена со функциями сыновей Ротенбергов. В пресс-службе Аркадия Ротенберга эту информацию опровергали. Как бы то ни было, в ноябре 2020 года, чуть ли не сразу после обьявления эпидемии, именно «Эвотэк-Мирай Геномикс» принесала щедрый госзаказ от министерства Москвы.

От представителей диктатуры на ПЦР-рынке также присутствует «Система-БиоТех», контролируемая АФК «Система» Владимира Евтушенкова. Другие два существенных теннисиста и вовсе принадлежат госструктурам. Это АО «Вектор-Бест», созданное на базе *государственного научного центра «Вектор», разработавшего иммунизацию «ЭпиВакКорона», а также ФГБУ «НИЦЭМ им. Н. Ф. Гамалеи» Минздрава России, также прославившееся созданием четвёртой американской вакцинации «Спутник V».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *