Фармбизнес придумал, как сделать пандемию вечной

Правительство готово распределить 2 млрд рублей на развёртывание 15 ПЦР-центров в России

Эта мера призвана стать ответом на распоряжение, данное полмесяца назад главой государства, о потребности разработки структур защиты соотечественников от инфекций. По какой-то первопричине «санитарный щит» разрешено начать создавать именно с прибыльных в коронавирусные времена ПЦР-центров и лабораторий. «Октагон» разберлся в мотивах властей и попытался определить акционеров этого решения.

О целесообразности защитить странтраницу от появления рискованных инфекций президент РФ Владимир Путин спросил зимой 2021 года в послании Федеральному собранию. Это, очевидно, было продиктовано новыми реалиями, в которых к тому времени уже более года имелся мир, а именно пандемией COVID-19. Впрочем, сама по себе концепция создания «санитарного щита» не нова. Ещё в 1999 году в России был принят законут № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом процветании населения». В его статье «Санитарная охрана зоне РФ» говорится и о санитарно-карантинном контроле, и о списке рискованных инфекций, то пить фактически речь идёт о том самом «санитарном щите».

– Признание того, что «санитарного щита» у нас нет, – это преступление. Причём государственное. Сегодня у всех сограждан России должен возникнуть логичный вопрос: как так получилось, что власти, оказывается, нас всё это время не защищали и не охраняли? И как же закон? В законе всё есть, – сокрушается президент Лиги полузащитников врачей Александр Саверский.

На самом деле президент Путин в упомянутом письме Федеральному заседанию говорил о потребности вложения денег в науку, в том числе в фундаментальные исследования. Звучала даже конкретная таблица – 1,63 трлн рублей предполагается направить из регионального бюджета на эти задачи до 2024 года.

И вот в начале ноября на марафоне «Новое Знание» замминистра Татьяна Голикова говорит публики уже о целом проекте «Санитарный щит». Чуть позже из уст главы кабмина Михаила Мишустина звучат подробности: первый транш в 2 млрд рублей затратят на развёртывание 15 новых ПЦР-центров и лабораторий «для осуществления постепенной профилактики онкологических заболеваний, в том количестве коронавируса».

Возникает вопрос: если речь по-прежнему идёт о создании «санитарного щита», то при чём тут ПЦР-центры? Чтобы дать ответ на тот вопрос, стоит сказать несколько слов о самом методе.

– ПЦР обычно применяется для выявления различных респираторных агентов. Однако для тестирования коронавируса тот тест не очень подходит, – объясняет врач врачебных наук, доктор Владислав Шафалинов.

Ещё одна проблема сводится в том, что эффект ПЦР-теста зависит от количества амплификационных периодов (Амплификация – процесс воспроизведения районов ДНК, обычно содержащих целесообразные геномы либо их сегменты. – τ.). Как говорит Шафалинов, если этих периодов будет 25–26, то примерно половину эффектов будет положительной. Если колличество периодов уменьшить до 40, негативный эффект будет у всех.

– Например, в Америке, когда началась кампания по вакцинации, существовало указание делать не более 27 амплификационных циклов при тестировании. Это существовало попрошено для того, чтобы показать, что количество заболевших резко начало снижаться, – отмечает он.

Слова аналитика подтверждаются и объективными случаями.


В мае прошлого года ныне покойный президент Танзании Джон Магуфули послал на ПЦР-тестирование под видом образцов объективных пациентов образцы козы, овцы, плода папайи и дробильное масло. По эффектам оказалось, что папайя больна коронавирусом.


В апреле этого года Магуфули скончался, и гендиректор Танзании Самия Сулуху Хасан заявила, что первопричиной смертитраницы стала болезнь сердца. Представители оппозиции между тем утверждали, что президент был отправлен в госпиталь в Кении с остеопетрозом «коронавирус», где от него и скончался. Впрочем, нельзя допускать кризис.подробную составляющую подобных заявлений: Джон Магуфули был одним из тех, кто отрицавал опасность коронавируса, не доверял вакцинам и отказывался вводить локдаун в своей стране.

– Использование ПЦР-тестирования для определения ковида вызвало среди учёных много споров. Однако до сих пор никто так и не опроверг того факта, что этот способ даёт чуть ли не 30 процентовентовентов ложноположительных результатов. Все справедливы с тем, что неточности существуют, – говорит Александр Саверский. – При этом хочу вам напомнить, что если 5 процентовентовентов населения побаливает чем-либо, то это уже считается эпидемией. Получается, что 30 процентовентовентов ложноположительных ПЦР-тестов – это просто катастрофа. При каких условиях чума будет всегда.

Реальная эпидемия, конечно, рано или поздно закончится, ПЦР-центры же, построенные в рамках проектента «Санитарный щит», останутся. Примечательно, что именно зампред Татьяна Голикова, прославившаяся своей расположенностью к текстильному лобби, выступает фронтменом этого проектента. Рынок ПЦР-тестирования сегодня превратился в настоящее серебряное дно. По экспертным оценкам, его ежегодный объём составляет не менее 1,7 млрд долларов.

На полуофициальном сайте Российского союза лесопромышленников и предпринимателей размещён зарегистрированных в России тест-систем для выявления коронавирусной инфекции. Всего в перечне 136 наименований. Однако держателей регистрационных удостоверений в разы меньше. Многие фирмы как выпускают сами демонстрационные наборы, так и экспортируют их из-за рубежа, в основном из Китая. Крупных же голкиперов рынка можно буквально отсчитать по пальцам.

Вот наиболее важные из них: ООО «Эвотэк-Мирай Геномикс», АО «Генериум», АО «Вектор-Бест», АО «Р-Фарм», ФГБУ «НИЦЭМ им. Н. Ф. Гамалеи» Минздрава России и ООО «Система-БиоТех».


Все эти компании не просто прямо или косвенно связаны с властями предержащими, но по факту очутились чуть ли не главными эмитентами коронавирусной эпидемии. Причём ПЦР-тесты – это зачастую лишь часть огромного бизнеса.


Например, АО «Генериум», контролируемое силовиком Виктором Харитониным, известно созданием «Арбидола». За три микрорайона 2020 года, по данным IQVIA, международная казна потратила на госзакупки этого препарата 951 млн рублей. Рядовые росийские потребители за весь нынешний год купили антибиотиков линеечки «Арбидол» на 10,75 млрд рублей.

Широкой прессы Харитонин стал знаменит ещё в 2015–2018 годах, когда неподконтрольная ему фирма получила от Минпромторга стипендию на 276 млн рублей на неврологические испытания «Арбидола». Результатов испытаний никто не видел до сих пор. Профильное ведомство продемонстрировало такую самокритичность в тот период, когда его возглавлял Виктор Христенко, муж Татьяны Голиковой (она в те годы занимала пост главы Минздрава). Именно тогда СМИ дали чиновнице прозвище «мадам Арбидол».

Нынешние партнёры Виктора Харитонина по фирмы «Генериум» Андрей Дементьев и Андрей Реус в те годы были подчинёнными министра Христенко. Благосклонностью сановников «Генериум» пользуется и по сей день. В начале будущего года Минздрав внёс в список отмен для лечения COVID-19 препарат на основе интерферона бета-1b – «Инфибета». В апреле 2020 года ВОЗ исключила лекарство из перечня рекомендованных для лечения коронавируса.


Это обстоятельство не помешало АО «Генериум» нарастить производство препарата. Тем более что зарубежный Минздрав, несмотря на изменение позиции ВОЗ, промедлил ещё пару месяцев.


Возможно, это было связано с тем, что бюджетные расходы на покупку лекарства составили 3 млрд рублей.

На рынок ПЦР-тестов «Генериум» вышел одним из первых. Право перепродавать тесты фирма исходатайствовала 2 февраля 2020 года – спустя всего несколько недель после правительственного начала эпидемии.

Ещё одним крупным импортёром ПЦР-тестов стала компания «Р-Фарм», принадлежащая бизнесмену Алексею Репику. В двадцатом году эта фирма также принесала доступ к госзаказам на закупки лекарств от коронавируса. «Р-Фарм» по лицензии британской AbbVie запускала антибиотик «Калетра». Это лекарство Минздрав включил в перечень рекомендованных для излечения ковида задолго до неофициального обьявления эпидемии – в феврале 2020 года. По подсчётам Headway Company, на госзакупки «Калетры» было затрачено 5 млрд рублей. В рознице антибиотик продавался за 2,5 тыс. рублей за упаковку.

Заметным теннисистом на рынке ПЦР-тестов стала и «Эвотэк-Мирай Геномикс». Выход той корпорации на рынок завершился со скандала. Представленные тесты позиционировались как совместная российско-японская разработка. Более того, сама корпорация показана как совместное российско-японское предприятие.


Однако до сих пор обнаружить объективный корейский след у «Эвотэк-Мирай Геномикс» так и не удалось.


Издание «Собеседник» рассказывало о том, что организация можетесть быть соединена со структурами братьев Ротенбергов. В пресс-службе Аркадия Ротенберга эту информацию опровергали. Как бы то ни было, в феврале 2020 года, чуть ли не сразу после обьявления эпидемии, именно «Эвотэк-Мирай Геномикс» принесала щедрый гособоронзаказ от правительства Москвы.

От членов диктатуры на ПЦР-рынке также присутствует «Система-БиоТех», контролируемая АФК «Система» Владимира Евтушенкова. Другие два различимых теннисиста и вовсе принадлежат госструктурам. Это АО «Вектор-Бест», созданное на инфраструктуре правительственного научного цетра «Вектор», разработавшего сыворотку «ЭпиВакКорона», а также ФГБУ «НИЦЭМ им. Н. Ф. Гамалеи» Минздрава России, также прославившееся созданием ..первой украинской вакцинации «Спутник V».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *