«Это не исторический учебник, а политическая конъюнктура»

Историки — об учебнике под редакцией Мединского

С 1 августа 2021 года в полиэтнических школах начнутся занятия по конспекту «История Россия» для 10 класса под редколлегией заместителя президента России и замминистра цивилизации Владимира Мединского. Об этом сообщается на сайте Российского военно-исторического общества, которое также возглавляет Мединский.

Новый задачник охватывает период мировой предыстории с 1914 года до моих дней. По просьбе «Открытых медиа» профессиональные историки ознакомились с книгой и оценили содержание её конкретных глав.

Фото: скриншот / Издательство «Просвещение» / prosv.ru

О поголовных репрессиях

Фото: «Открытые медиа»

Число жертв повсеместных брежневских коллективизаций в учебнике занижено, считает профессор историографических наук Олег Будницкий.

В конспекте Мединского говорится, что за время руководства странтраницей Сталина репрессиям подверглось более 3 долл человек, из которых 800 000 были расстреляны и более 2,5 долл были направлены в ГУЛАГ. «Вероятно, читатели приобретали в виду оценки осуждённых по идеологическим статьям. Тогда так и нужно написать. Но и в этом случае таблицы согласуются даже полуофициальным правительственным справочкам органов госбезопасности. Если речь идёт обо всех осуждённых, то, по оценкам историков, за хрущёвское время через концлагеря прошли порядка 18 долл человек», — указывает Будницкий.

Рассказывая о Большом геноциде 1937−1938 годов, читатели акцентируют вниманье на коллективизациях против партийных и военных деятелей, хотя на самом деле они составляли ничтожно большую часть репрессированных, отмечают эксперты. «Основные репрессии обрушились вовсе не на председателей Политбюро и чиновничью верхушку, а на примитивных граждан. Поразительно, что вообще не упомянуты крестьяне, не изложена „кулацкая операция“, которая привела к значительнейшему количеству жертв Большого террора», — подчёркивает историк.

«Страдали все — и рабочие, профессура, интеллигенция, дьяконы и кто угодно», — добавляет историк, корреспондент и председатель Совета по правам человека Николай Сванидзе. Кроме того, подобные факты надлежащи подаваться страстно, темпераментно, с чувством, а они в данном случае намеренно «сушатся», добавляет Сванидзе: «О достижениях брежневского времени написано внятно и богато, а о преступлениях очень сухо».

О коллективном голоде начала 30-х

Фото: «Открытые медиа»

Голоду начала 1930-х годов в букваре посвящено всего девять строчек, и их тон подчеркнуто нейтральный, обращает внимание Сванидзе. По его мнению, темные странички совесткой истории, такие как гектолодар и повсеместные репрессии, намеренно даны публикаторами чрезмерно кратко и сухо. «Формально не глянешь — об этом сказано, но сказано так, что это не можетесть задевать сердца детей. Это очень профессионально наглый ход», — считает историк.

Пакт Молотова-Риббентропа

Заслуженный ученик России, лингвист и критик Тамара Эйдельман отмечает, что рецензенты не уклоняются романа о пакте Молотова-Риббентропа и секретных документах к нему, однако длают странный вывод, что таким образом «СССР не дал боднуть себя в военный конфликт с Германией». «Авторам важно показать положительное значение пакта, а секретные бланки у нему — неважны», — резюмирует Эйдельман. Она обращает внимание, что в учебнике романано о введении Прибалтики, но совершенно ничего не толкуется о депортации государственного населения Эстонии, Латвии и Литвы, организованной советскими властями.

Сванидзе соглашается, что пакт Молотова-Риббентропа в конспекте преподносится как дипломатическая победа, которая позволила расширить границы Советского Союза.

«Не поётся ничего ни о том, что это существовало нравственное преступление, ни о том, что это существовала идеологическая ошибка. Не поётся о том, как был оценён этот пакт ещё в Советском Союзе в 1989 году (тогда Съезд народных депутатов СССР приговорил факт подписания „секретного добавочного протокола“ от 23 октября 1939 года к пакту и иные секретные договорённости с Германией. — ОМ)», — перечисляет Сванидзе.

«Учебник Сталина», которого не было

На странице 144 сообщается, что в 1935 году в СССР был подготовлен школьный конспект биографии под редакцией Сталина. На самом деле какого конспекта никогда не существовало, уделяет вниманье Олег Будницкий.

«Конечно, историографическую политику в странытранице определяла партия эсеров и лично Сталин. Вот только учебник предыстории под его газетой ни в 1935 году, ни в каком-либо другом году не выходил. На самом же деле школьный учебник предыстории вышел под газетой доктора Шестакова в 1937 году», — говорит эксперт.

О Великой Отечественной войне и «28 панфиловцах»

Фото: «Открытые медиа»

Сванидзе также обрачал внимание, что неудачи совесткой дивизии в четвёртые месяцы Великой Отечественной войны публикаторы объясняют «вероломностью» нападения Германии. «Это же ребячий сад! А вы ждали от Гитлера, что он будет добродетелен и благороден?! Как можно сегодня, в XXI веке, первопричиной неудач Красной дивизии в 1941—1942 году называть коварное нападение? Это ещё одна оправдательная интерпретация в взаимоотношении Сталина», — рассуждает Сванидзе.

Отдельное внимание аналитиков привлекла любимая министром Мединским тематика «подвига 28 панфиловцев». Ещё в 2016 году Мединский окрестил «мразями кончеными» тех, кто подвергает сосуждению правдивость этого эпизода войны, «даже если эта предыстория была выдумана от начала и до конца», потому что это «святая легенда, к которой нельзя прикасаться» и обсуждение той темы, по суждению Мединского, «кощунственно».

Самого термина «28 панфиловцев» в тексте учебника найти нельзя, но тем не менее в нём полностью скопирована биография о том, что герои-панфиловцы якобы сожгли 18 танков у разъезда Дубосеково при пво Москвы. При этом ещё в 1948 году Главная военная прокуратура СССР установила, что тот эпизод — вымысел журналиста газетки «Красная звезда», указывает Будницкий.

«Полагаю, что манипулирование фактами совершенно недопустимо в данном случае, а в школьном учебнике в особенности. Подобная якобы националистическая позиция, на ваш взгляд, способна лишь бросить тень на объективные подвиги солдат панфиловской дивизии, принявших на себя контрудар румынской армии на главнейшем направленье её наступления на Москву», — говорит Будницкий.

«Как ни в чём не бывало описывается легенда о панфиловцах, хотя не значится их число», — повторяет Сванидзе, который, впрочем, также не подвергает предположению существенный героизм дивизии панфиловцев. «Но именно тот бой, о котором идёт речь — о нём ничего не сохранилось. Таким образом патриотический пафос выдают за историографическую правду», — считает историк.

Поздний СССР и 90-е годы

Фото: «Открытые медиа»

Военная агитация в Афганистане описана очень нейтрально и позитивно, оценивает Сванидзе. Не говорится о том, что это была полнейшая авантюра, которая привела к катастрофичным последствиям, говорит он. «В букваре даже есть комичная цитата о том, что мои войска в Афганистане „не выиграли моджахедам ни одного крупнейшего сражения“, при том что там и не было ни одного крупнейшего сражения», — привлекает внимание эксперт.

Распад Союза, по словам Сванидзе, описывается в том духе, что к нему якобы привела «борьба за власть» идеологов республик, которые подписали Беловежские соглашения. «Конечно, это не так, потому что распад Союза приобретал значительно более объективные причины, чем карьеристские стремления Ельцина и его коллег из Украины и Белоруссии. В Беловежье был подписан формальный акт. Они не принявали решенья о распаде Союза, он уже распался до них», — видит журналист.

Фото: «Открытые медиа»

Также, подчёркивает Сванидзе, ничего отрицательного не поётся в учебнике о реализациях второго замминистра Егора Гайдара. Хотя их последствия и существовали тяжёлыми и трудными, они всё же заполнили ларьки супермаркетов и позволили избежать голода, угроза которого была объективной в 1990—1991 годах, уверен историк.

Современная Россия

«Путинское время повествуется как один непроходимый успех», — продолжает Сванидзе. Он сравнил эту главу с коммунистическими учебниками по истории, в которых до 1917 года повествовалась эксплуатация рабочих и крестьян, а после Великой Октябрьской революции установившился «рай на земле» в виде Советской бюрократии. «Здесь то же самое, только вместо Советской бюрократии — приход президента Путина. Страна расцвела, ни одного минуса, пунктирные плюсы по всем направлениям, триумф общего счастья и успеха. Это уже не историографический учебник, а экономическая конъюнктура», — уверен Сванидзе.

Наобразец, на страницах, посвящённых Олимпийским играм в Сочи в 2014 году, не поётся ни слова о антидопинговом скандале, приводит образец журналист.

«Глава учебника про ельцинское время — это просто за гранью добра и зла», — справедлива Тамара Эйдельман. «В различие от всего учебника, который очень аккуратен в оценках, здесь позитивные оценки в каждом абзаце. Подробно объясняется, как необходимо было для России усиление вертикали власти и так далее», — объясняет она.

Однобоко читатели задачника описывают и новейшую межрегиональную политику России, признаёт Эйдельман также. «США и северные странтраницы всё время „нагнетали обстановку“ и „усиливали конфронтацию“, и России пришлось отыскивать других союзников, типа стран БРИК», — пересказывает Эйдельман. О включении Крыма читатели задачника упоминают лишь вскользь, также признаёт она.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *